Донецк Украина «жизнь и любовь»






НазваниеДонецк Украина «жизнь и любовь»
страница1/5
Дата публикации07.02.2016
Размер0.75 Mb.
ТипДокументы
h.120-bal.ru > Документы > Документы
  1   2   3   4   5
Газета «Жизнь»

Г. Донецк Украина
«ЖИЗНЬ И ЛЮБОВЬ»
СЛЕД НА ЗЕМЛЕ
И Е С Л И Н Е Л Ю Б О В Ь, Ч Т О М Ы С Т О Б О Й _

Страница, посвященная выходу в свет книги «В заоблачную даль»

Сборник работ ученого-экономиста М.С. ЛАНГШТЕЙНА

Воспоминания соратников, учеников, друзей, жены.

ООО Лебедь

Донец 2000
Л

Ю Б О В Ь С И Л Ь Н Е Е С М Е Р Т И И Д О Л Ь Ш Е Ж И З Н И


Любовь существует столько тысяч лет, сколько существует на Земле человек. Как только появились Он и Она, так и возникло это чувство. И что удивительно – объяснить его невозможно, за столько веков опыта человечество так и не нашло единственно верного

достоверного определения любви. Она тревожит, она радует или огорчает, она витает или

давит, она просто влечет и делает жизнь действительно полной.

Говорят, наш век прагматизма и бешеных скоростей одолел её… Я расскажу Вам самую что ни на есть современную историю любви, которая победила её величество смерть.
Долг памяти

Он искал истину

В нашей стране сфор­мировалось целое поколе­ние беспамятных людей. Укоренившееся беспамят­ство вычеркнуло из нашей жизни, в том числе науч­ной, множество личнос­тей. И тех, кто по кирпичи­ку вносил свою лепту в ко­пилку познаний человече­ства о мире и о себе, и тех, кто таскал по глыбе. Осо­бенно обидно, когда забы­вают последних.

Вторая особенность на­шей действительности - флюгерное отношение не­которых деятелей науки и культуры к любому мнению свыше. Конечно, носите­лям флюгерности это да­вало и да- ет определенный материальный приварок, но в итоге происходит под­рыв объективности науки.

Идеологически, скажем так, я не всегда совпадала с Марком Соломоновичем. Он был умереннее, навер­ное, мудрее, а я - ради­кальней. Но это не меша­ло нам испытывать взаим­ное уважение друг к другу

С ним было легко спорить. При всей умеренности он оставался очень принципиальным и определенным человеком. Не позволял себе суетиться в жизни, или, как говорят, «фин­тить». Столь надежные люди редко встречаются. Он не искал прибыли для себя, он искал истину. И был довольно жестким в своей определенности, что всегда вызывало возраже­ние. В поисках истины про­являл редкое терпение, умел уважать мнения, от­личные от своего. Конеч­но, от оппонента легче все­го отмахнуться, но это не­продуктивно. Марк Соло­монович никогда так не делал. Я думаю, такая по­зиция - своего рода завет. Он изучал чрезвычайно интересные вопросы, на­учные итоги опубликованы в целом ряде работ, с ко­торыми можно ознако­миться в Институте эконо­мики промышленности На­циональной академии наук Украины, сохраняются они в фондах библиотек.

Попутно хочу заметить, что названному институту было бы неплохо открыть галерею портретов уче­ных, работавших в его сте­нах и внесших свой вклад в развитие украинской на­уки, оставивших значи­тельный след в экономи­ческом развитии нашего региона. Их работы необ­ходимо включить в энцик­лопедические справочни­ки, то есть, опять-таки - не забыть. Убеждена, портрет М.Лангштейна должен в такой галерее занять вид­ное место.

Г.ГУБЕРНАЯ,

доктор экономических

наук, профессор

Донецк


ЛЮБОВЬ СИЛЬНЕЕ СМЕРТИ И ДОЛЬШЕ ЖИЗНИ

О

ни встретились уже зре­лыми людьми. Ей - около тридцати, ему - 38. Она ра­ботала врачом в районной больнице, он - служащим краевой конторы Госбанка. Он уже написал свою канди­датскую диссертацию по по­литэкономии, она только го­товила по медицине. Они ув­лечены наукой, потому для личной жизни совсем нет времени. Но судьба свела Людмилу и Марка в доме у знакомых, видимо, так ей было угодно. Случилось это 35 лет назад в Ставрополе

Вот как Людмила Гурвиц вспоминает об этом дне: »Он был очень моложавым для свое- го возраста, среднего роста, полноватый, с пышной шевелюрой, приветливым лицом и очень милой, почти детской улыбкой. Его глаза светились удивительным теплом и искренностью». Через год он стал её мужем… и судьбой.

Ученому Марку Лангштейну, как воздух, была необходима научная среда. В то время в Донбассе создавался научный центр, открывались Академические институты, в 1970 году семья перебра­лась в Донецк, где он начал работать в Институте эконо­мики про- мышленности, а она - в кардиологической клини­ке медицинского института. Эта самая научная среда и взяла на излом семейную пару, испытывая на прочность их счастье. Внешне все было благополучно - театры, фи­лармония, путешествия на теплоходе по рекам необъят­ной родины, встречи с друзь­ями, а дом их был очень гос­теприимен. Но в институте – уче- ные советы, на которых разгорались отнюдь не науч­ные, а идеологические диспу­ты. И в 1975 году, как гром среди ясного неба - инфаркт миокарда. Кто знал тогда, что Марку Со- ломоновичу придет­ся пережить еще четыре ин­фаркта и клиническую смерть. А Людмила Михай­ловна оставит заботы о соб­ственной карьере, и ее глав­ным пациентом на долгие го- ды станет единственный человек - ее муж.

Люся, как называл ее Марк и все друзья семьи, ра­зучилась спокойно спать. Каждый необычный вздох мужа во сне заставлял ее просыпаться и тревожно прислушиваться. Видно, не­даром провидение избрало ученому в подруги жизни именно врача-кардиоло- га.

После реабилитации - вновь научные споры, проби­вание в прессе своих статей, научных работ - в специаль­ные журналы. Работы заво­рачивали обратно или молча поглощали, не публикуя.

Грянула перестройка. С именем Горбачева ложились и вставали. Тогда ему очень вери- ли, надеялись, что имен­но этот сладкоголосый оратор выведет общество из эпохи застоя, сделает его свободным. Собственно, так оно и получилось. Но только последний партий- ный лидер сверхдержавы, ее первый и последний президент не знал, что делать с разбу- жен­ной от спячки страной. Рабо­ты Лангштейна касались проблем организации соцсо­ревнования как прообраза конкуренции, а его главной научной страстью было совершен­ствование теории ир­рациональных и превращен­ных форм производствен­ных отношений. Усовершен­ствованная до методологии, теория позволяла бы, слу­чись применить ее на прак­тике, плавно сменять одну экономическую формацию другой без революционных потрясений.

Печатали М.Лангштейна по-прежнему со скрипом, как в Донецке, так в Москве и Ки­еве. И тогда ученый решил написать Горбачеву, с кото­рым он, кстати сказать, был знаком еще по работе в Став­рополе. Но и от генсека от­вет не пришел. Замалчивание трудов, отрицатиль- ные ре­цензии. Тяжкие объяснения с руководством института не могли не сказаться на здо- ро­вье. Вскоре последовал вто­рой инфаркт. Верная подру­га жизни всегда находилась там, где ее муж. Ненавязчи­во опекала его дома и полно­стью брала на себя все забо­ты по его ухо- ду в больницах. По сути, она переселялась туда, становясь еще одной единицей медицин- ского пер­сонала. А как тяжко человеку, желающему трудиться, ли­шать себя этого!

И как только здоровье чуть-чуть шло на поправку, он тут же предлагал отправи-

ться домой – там стояло его любимое кресло и окружала атмосфера радости, теп- ла и покоя. Но сердечные приступы, следовавшие за инфарктами, надолго выбивали из колеи, и после длительного постельного режима приходилось заново учиться ходить. Побочные явления, вызванные еще, возможно, перенесенным в детстве клещевым энце-фалитом, вызва­ли изменения в составе кро­ви. Лечащие врачи не смог­ли найти ответ на вопрос, как справляться с еще одним не­дугом. Выход нашла неизменно сдержанная и готовая в любую минуту адекватно реагировать на самые неординарные явления Люся. Она подобрала больному единственно нужные стероидные гормоны. Только через год Марк вышел на работу. Всегда приветливый, улыбающийся, он шел по длинному коридору своего института, и никто не мог представить, сколько стра­даний перенес этот человек.

Приступы стенокардии, перебои в сердце участи­лись, инфаркты следовали один за другим. А в переры­вах между ними продолжа­лась упорная научная работа. Потихоньку начали печа­тать, хотя в семейном архи­ве осталось еще больше нео­публикованных работ. Марк старался не обращать вни­мания на свои недуги, то и дело успокаивая жену: «Мне уже лучше». А если этого луч­ше все же не наступало, он говорил: «Не волнуйся, сей­час будет лучше». Как вспо­минает друг семьи, врач-кар­диолог Анна Марковна Берман, «уровень физической жизни снизился еще на не­сколько ступенек, но Марк, казалось, на это не реагиро­вал. Мозг работал, глаза ви­дели, рука писала - а осталь­ное не имело значения. Невозможно лечь из-за одыш­ки - неважно, сидя даже удобнее писать. Отеки ног - можно купить обувь на два размера больше». Друзья сделали ему специальную подставку для бумаг, и он писал, сидя в кресле.

В 1987 году Марк Лангштейн перенес клиническую смерть, а в 1988 году само­летом, на носилках его дос­тавили в Каунас - там тогда работали лучшие в Союзе кардиологи. Они не рискну­ли пойти на операцию и от­кровенно сказали, что вряд ли Людмила Михайловна довезет мужа живым обрат­но в Донецк. Довезла, и пос­ле Каунаса ученый доверял только одному врачу - своей жене. Через год в Одессе блестяще защитил докторс­кую диссертацию Уверенно, твердо, четко и ясно в своей неизменно доброжелатель­ной манере он излагал ос­новные положения диссер­тации, а в зале, замерев от напряжения, сидела Люся, в сумочке которой содержался весь необходимый запас препаратов для возможной реанимации.

В январе 1991 года, после перенесенного тяжелого воспаления легких было решено укрепить здоровье в Крыму. Гуляли по зимним пустынным пляжам, вволю дышали морским воздухом, а вечерами Марк Соломонович работал в палате санатория. «Я не имею права терять ни минуты. Вре­мя не ждет. Мне так хочется сделать как можно больше».

В сентябре 1991-го в ин­ститут из Киева пришел за­каз на разработку проекта Закона Украины «О банках и кредитной системе». Работу поручили сделать Мар- ку Со­ломоновичу, он выполнил ее за полтора месяца.

В ноябре президиум Ака­демии наук Украины предло­жил М.Лангштейну пред- ста­вить документы для избрания его академиком. 12 декабря он еще вычитывал подготов­ленную к изданию в «Науковой думке» свою книгу Социалистический капита­лизм». Лишь один день он не работал... 14 декабря 1991 года его не стало.

СИЛОЙ ЛЮБВИ

НЕ РАЗ ВЫТАСКИВАЛА МУЖА С ТОГО СВЕТА
Говоря о Марке Соломо­новиче, нельзя не сказать о замечательной женщине, его жене Людмиле Михай­ловне Гурвиц. Во многом благодаря ей, ее любви и высокому профессионализ­му как врача, ей, освободив­шей мужа от всех суетных занятий для того, чтобы он мог работать, Марку Соло­моновичу удалось довести до конца дело своей жизни - рукопись о превращенных формах. Больное сердце требовало особого ухода, а операция за рубежом сто­ила фантастических денег. Людмила Михайловна со­здала для Лангштейна осо­бые условия. Любовь и по­нимание - вот основа высо­кой работоспособности и ге­ниальных прозрений Марка Соломоновича. Не один раз в кризисных ситуациях ей удавалось вытаскивать мужа буквально с того све­та. И все, что сейчас проис­ходит с переизданием и публикацией работ Марка Соломоновича, происходит благодаря её кипучей энергии, любви и памяти о муже.
Б. РУШАНИК

Кандидат экономических наук, ученик

М.Лангштейна Россия, Тула
СУТЬ ЛИЧНОСТИ

«ДО ОСНОВАНЬЯ, ДО КОРНЕЙ, ДО СЕРДЦЕВИНЫ»

Наиболее памятной для меня была встреча с ученым и его супругой Людмилой Михайловной на вечере, посвященном поэту Борису Пастернаку, который я вел. Он про-

ходил в Доме работников культуры. Я знал, что Марк Соломонович очень любил Па- стернака. И, думаю, это не случайно, потому что у Пастернака есть нечто, очень хорошо

передающее суть Марка Соломоновича и как личности, и как ученого.

Во-первых, это:

Во всем мне хочется

Дойти до самой сути

В работе, в поисках пути

В сердечной смути

До сущности протекших дней,

До их причины

До основанья, до корней,

До сердцевины.

А ещё:

Другие по живому следу

Пройдут твой путь

За пядью пядь

Но пораженье от победы

Ты сам не должен отличать.

И должен не единой долькой

Не отступаться от лица

А быть живым, живым,

и только,

Живым, и только до конца.

М. ГИРШМАН

Доктор филологических наук, профессор


П О С Л Е С Л О В И Е
Давно известно: жизнь чело­века не ограничивается рамками его физического сущест- вования. И дело даже не в том, что «чело­век жив, пока о нем помнят». Большая личность оставляет не­изгладимый след в обществе, она влияет на качество, если можно так сказать, самого обще­ства. Всего лишь на крупицу, на самую малость, но калейдоскоп таких части- чек меняет общую картину нашего мира. То, что не­заметно для современников, зри­мо для потомков, которые, огля­дываясь назад, отмечают, как далеко мы шагнули. Думается, на по- роге нового века стоит поставить ещё одно имя, на которое, как на вешку, будут оглядываться

поколения, чтобы вести отсчет событиям.

Сейчас Людмила Гурвиц живет в Германии. Самый главный предмет в ее уютной и чистенькой квартире - неболь­шой портрет мужа на столе. И вот однажды гостившая у нее подру­га заметила, что ночью от порт­рета в сторону Люси идет еле заметный светлый поток света. Она сказала об этом хозяйке, та спокойно ответила: «Я знаю».

Л.Гурвиц часто бывает в До­нецке. Благодаря ее усилиям здесь уже состоялись семинар и научно-практическая конферен­ция, посвященные ученому М.Лангштейну. А в декабре 2000 года вышла книга под названием «В за­облачную даль...» Людмила Ми­хайловна сказала мне, что назва­ние пришло к ней по наитию, во сне. И как ее ни уговаривали, убеждая, что книга об ученом-экономисте должна называться иначе, настояла на своём. Она просто убеждена: »Марк одобрит».

Страницу подготовила АННА РЯШИНА­


Памяти Марка Лангштейна посвящается

Воспоминания соратников, учеников, друзей

Из книги «В заоблачную даль», вышедшей из печати в издательстве ООО «Лебедь», Донецк 2000
« Человек жив, пока о нём помнят»

Антуан де Сент - Экзюпери


СВЕТЛОЙ ПАМЯТИ МАРКА СОЛОМОНОВИЧА ЛАНГШТЕЙНА
Марка Соломоновича Лангштейна я знаю с начала 80-х годов. Познако­мился я с ним заочно. Поводом для такого знакомства послужила его ста­тья, опубликованная им в одном из экономических журналов, издававших­ся в Москве. Статья была посвящена проблеме «превращенных форм», ко­торые, по мнению автора, присущи и экономическим отношениям, суще­ствовавшим в советское время. Такая постановка вопроса несомненно от­личалась новизной и оригинальностью. Дело в том, что в экономической теории кате- гория «превращенные формы» обычно употребляется как спо­соб исследования товарных отношений, поскольку в их пределах отноше­ния между людьми — непосредственными субъектами этих отношений - объективно существуют как вещные отношения, т. е. при- нимают вещный характер. Следовательно, действительная сущность этих отношений извра­щается. Науке (речь идет об экономической науке) предстоит познать действи- тельную сущность этих отношений, которая скрывается за превращен­ными формами их непосредственного бытия. Это — специфическая, и при­том главная, задача подлинно научного уровня познания экономической действительности.

Заслуга Марка Соломоновича в данном вопросе состоит не в открытии феномена превращенных форм в экономической действительности. Это открытие принадлежит ав- тору «Капитала». Но в этом произведении речь идет о товарно-капиталистической сис- теме отношений. Что же касается той системы отношений, которая действовала в совет- ское время, то нали­чие превращенных форм фактически всеми отрицалось. Считалось, что в условиях советской системы экономические отношения между членами общества ясны и прозрачны, они непосредственно обнаруживаются в прак­тике хозяйствования. Серьезное научное достижение М. С. Лангштейна состояло как раз в том, что он аргументировал теоретически и обосновал фактически на основе исследования реально имеющихся отношений тезис о необходимости учета феномена превращенных форм и при исследовании экономических закономерностей реально существующих производственных отношений советского типа. Эту задачу он достаточно убедительно решал в своей докторской диссертации, которую успешно защитил в Одесском институте народного хозяйства в 1988 году.

Диссертация была высоко оценена как на кафедре общей экономичес­кой теории, которую возглавлял я, так и непосредственно ученым советом, на заседании которого она защищалась. Марку Соломоновичу была при­своена ученая степень доктора экономичес- ких наук.

Считаю, что положения докторской диссертации М. С. Лангштейна яв­ляются заметным вкладом в экономическую науку не только в методологи­ческом, но и в непосредственно практическом аспекте . Они значительно расширяют арсенал теоретических средств отражения экономической дей­ствительности и одновременно дают возможность решать несравненно более широкий круг практических задач, что имеет большое значение осо­бенно в условиях современного этапа экономического развития Украины. Доктор экономических наук Марк Соломонович Лангштейн оставил не только светлую память о себе как яркой личности, но и обогатил экономи­ческую теорию и хозяйственную практику своими научными разработками. К сожалению, многие работы М. С. Лангштейна остались неопубликован­ными. Считаю целесообразным издание этих работ, поскольку они не поте­ряли своей злободневности в настоящее время.

  1   2   3   4   5

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Донецк Украина «жизнь и любовь» iconАлексей Иванов, Сергей Бунтовский Донбасс: Русь и Украина. Очерки истории Донецк 2013
Сергей Барышников, кандидат исторических наук, директор Центра политологического анализа и технологий (Донецк)

Донецк Украина «жизнь и любовь» iconБиологические механизмы старения тезисы
Куликов А. В. (Россия), Кульчицкий О. К. (Украина), Литошенко А. Я. (Украина), Мензянова Н. Г. (Украина), Наумов А. Д. (Белоруссия),...

Донецк Украина «жизнь и любовь» iconЗдоровья» шла параллельно с хирургией — с начала и на всю жизнь —...
«Н. М. Амосов / Энциклопедия Амосова. Алгоритм здоровья»: act, Сталкер; Москва, Донецк; 2004

Донецк Украина «жизнь и любовь» iconИи 161. ru 06. 12. 2011 На российско-украинской границе завершено строительство пункта «Донецк»
Мапп «Донецк», находящийся на российско-украинской границе со стороны Ростовской области, готов пропускать до 500 машин в сутки,...

Донецк Украина «жизнь и любовь» iconКонкурсные программы и викторины
Но как воспитать эту любовь? Она начинается с малого – с любви к своей семье, к своему дому. Постоянно расширяясь, эта любовь к родному...

Донецк Украина «жизнь и любовь» iconРассказы об участниках великой отечественной войны наших родных
У каждого человека до конца дней сохраняется благодарная любовь к тому месту, откуда берёт начало его жизнь родному краю, отчему...

Донецк Украина «жизнь и любовь» iconУкраина экскурсионные и сборные туры
Музей-ресторация «Гасова Лямпа». Жизнь самого высокого (четырехэтажного) львовского паба. Все про изобретателях первой в мире керосиновой...

Донецк Украина «жизнь и любовь» icon«Не зло победит зло, а только Любовь» Святой мученик, страстотерпец Царь Николай II
Верую, что Сердцеведец Господь управит нашу жизнь и ниспошлет нам всем Свои «щедрые и богатые милости» Святейший Патриарх Московский...

Донецк Украина «жизнь и любовь» icon«Не зло победит зло, а только Любовь» Святой мученик, страстотерпец Царь Николай II благие
Верую, что Сердцеведец Господь управит нашу жизнь и ниспошлет нам всем Свои «щедрые и богатые милости» Святейший Патриарх Московский...

Донецк Украина «жизнь и любовь» icon«Не зло победит зло, а только Любовь» Святой мученик, страстотерпец...
Верую, что Сердцеведец Господь управит нашу жизнь и ниспошлет нам всем Свои «щедрые и богатые милости» Святейший Патриарх Московский...






При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
h.120-bal.ru
..На главнуюПоиск