Модель вселенной






НазваниеМодель вселенной
страница1/48
Дата публикации01.02.2015
Размер7.19 Mb.
ТипРеферат
h.120-bal.ru > Биология > Реферат
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   48

Успенский Пётр

Новая модель вселенной



СОДЕРЖАНИЕ:

- Предварительные замечания - Введение
- Глава 1. ЭЗОТЕРИЗМ И СОВРЕМЕННАЯ МЫСЛЬ. Идея скрытого знания. - Бедность человеческого воображения. - Трудность формулирования желаний. - Индийская басня. - Легенда о Соломоне. - Легенда о Святом Граале. - Зарытое сокровище. - Разное отношение к Неведомому. Протяжённость границ познаваемого. - 'Магическое' значение. - Уровень обычного знания. - Познавательная ценность 'мистических' состояний. - Подлинность 'мистических' переживаний. - Мистика и скрытое знание. - Внутренний круг человечества. - Аналогия между человеком и человечеством. - Клетки мозга. Идея эволюции в современной мысли. - Гипотеза, которая стала теорией. Смешение эволюции разновидностей с эволюцией вида. - Разные значения понятия эволюция. - Эволюция и преображение. - Религия мистерий. - Что сообщалось посвящённым. - Драма Христа как мистерия. - Идея внутреннего круга и современная мысль. - 'Доисторическая' эпоха. - 'Дикари'. - Сохранность знания. - Содержание идеи эзотеризма. - Школы. - Искусственное культивирование цивилизаций. - Приближение к эзотерическому кругу. - Религия, философия, наука и искусство. - Псевдо-пути и псевдо-системы. - Различные уровни людей. Последовательные цивилизации. - Принцип варварства и принцип цивилизации. Современная культура. - Победа варварства. - Положение внутреннего круга. 'План' в природе. - Мимикрия. - Охранительное сходство. - Старая теория мимикрии. - Несостоятельность научных теорий. - Последние объяснения явлений мимикрии. - 'Театральность'. - 'Мода' в природе. - 'Великая Лаборатория'. Самоэволюционирующие формы. - Первое человечество. - Адам и Ева. - Животные и люди. - Первые культуры. - Опыт ошибок. - Социальные организмы. Животные-растения. - Индивид и массы. - Миф о Великом Потопе. - Вавилонская башня. - Содом и Гоморра и десять праведников. - Мифы о нечеловеческих расах. - Муравьи, пчёлы и их 'эволюция'. - Причина падения прошлых рас самоэволюционирующих существ. - Осуществление социалистического порядка. Утрата связи с законами природы. - Автоматизм. - Цивилизация термитов. Принесение в жертву интеллекта. - 'Эволюция' и современный догматизм. Психологический метод.
- Глава 2. ЧЕТВЁРТОЕ ИЗМЕРЕНИЕ. Идея скрытого знания. Проблема невидимого мира и проблема смерти. - Невидимый мир в религии, философии, науке. - Проблема смерти и её различные объяснения. - Идея четвёртого измерения. - Различные подходы к ней. - Наше положение по отношению к 'области четвёртого измерения'. - Методы изучения четвёртого измерения. Идеи Хинтона. - Геометрия и четвёртое измерение. - Статья Морозова. Воображаемый мир двух измерений. - Мир вечного чуда. - Явления жизни. - Наука и явления неизмеримого. - Жизнь и мысль. - Восприятие плоских существ. Различные стадии понимания мира плоского существа. - Гипотеза третьего измерения. - Наше отношение к 'невидимому'. - Мир неизмеримого вокруг нас. Нереальность трёхмерных тел. - Наше собственное четвёртое измерение. Несовершенство нашего восприятия. - Свойства восприятия в четвёртом измерении. - Необъяснимые явления нашего мира. - Психический мир и попытки его объяснения. - Мысль и четвёртое измерение. - Расширение и сокращение тел. Рост. - Явления симметрии. - Чертежи четвёртого измерения в природе. Движение от центра по радиусам. - Законы симметрии. - Состояния материи. Взаимоотношение времени и пространства в материи. - Теория динамических агентов. - Динамический характер вселенной. - Четвёртое измерение внутри нас. - 'Астральная сфера' - Гипотеза о тонких состояниях материи. - Превращение металлов. - Алхимия. - Магия. - Материализация и дематериализация. Преобладание теорий и отсутствие фактов в астральных гипотезах. Необходимость нового понимания 'пространства' и 'времени'.
- Глава 3. СВЕРХЧЕЛОВЕК. Постоянство идеи сверхчеловека в истории мысли. - Воображаемая новизна идеи сверхчеловека. - Сверхчеловек в прошлом и сверхчеловек в будущем. - Сверхчеловек в настоящем. - Сверхчеловек и идея эволюции. - Сверхчеловек по Ницше. - Может ли сверхчеловек быть сложным и противоречивым существом? Человек как переходная форма. - Двойственность человеческой души. - Конфликт между прошлым и будущем. - Два вида понятий о сверхчеловеке. - Социология и сверхчеловек. - 'Средний человек'. - Сверхчеловек как цель истории. Невозможность эволюции масс. - Наивное понимание сверхчеловека. - Свойства, способные развиваться вне сверхчеловека. - Сверхчеловек и идея чудесного. Притяжение к таинственному. - Сверхчеловек и скрытое знание. - 'Более высокий зоологический тип'. - Предполагаемая аморальность сверхчеловека. - Непонимание идеи Ницше. - Христос Ницше и Христос Ренана. - Ницше и оккультизм. Демонизм. - Чёрт Достоевского. - Пилат. - Иуда. - Человек под властью внешних влияний. - Постоянные изменения 'я'. - Отсутствие единства. - Что такое 'воля'? - Экстаз. - Внутренний мир сверхчеловека. - Отдалённость идеи сверхчеловека. - Древние мистерии. - Постепенность посвящения. - Идея ритуала в магии. - Маг, вызвавший духа более сильного, чем он сам. - Лик Бога. Сфинкс и его загадки. - Различные порядки идей. - Необдуманный подход к идеям. - Проблема времени. - Вечность. - Мир бесконечных возможностей. - Внешнее и внутреннее понимание сверхчеловека. - Проблема времени и психический аппарат. - 'Совершенный человек' Гихтеля. - Сверхчеловек как высшее 'я'. - Подлинное знание. - Внешнее понимание идеи сверхчеловека. - Правильный способ мышления. - Легенда о Моисее в Талмуде.
- Глава 4. ХРИСТИАНСТВО И НОВЫЙ ЗАВЕТ. Эзотеризм в Евангелиях. - Необходимость отделения Евангелий от Деяний и Посланий апостолов. - Сложность содержания Евангелий. - Путь к скрытому знанию. - Идея исключительности спасения. - История Евангелий. - Эмоциональный элемент в Евангелиях. - Психология искажений евангельских текстов. - Абстракции, ставшие конкретными. - Идея дьявола. - 'Отойди от Меня, сатана!' вместо 'Следуй за Мной'. - 'Хлеб насущный'. - Легенда и доктрина в Евангелиях. - 'Драма Христа'. - Происхождение некоторых евангельских легенд. - Сыновность Христа. - Элементы греческой мифологии. - Элементы мистерий. - Идея искупления. - Смысл понятия 'Царство небесное'. - Элифас Леви о Царстве Небесном. - Царство Небесное в жизни. - Две линии мысли. - 'Имеющие уши да слышат!' - Различные значения слов и отрывков. - Трудность приближения к Царству Небесному. - 'Нищие духом'. Преследуемые за праведность. - Эзотеризм недостижим для большинства. Различие в ценностях. - Сохранность идеи эзотеризма. - Трудности пути. Отношение внутреннего круга ко внешнему. - Помощь внутреннего круга. Результаты проповеди эзотеризма. - 'Привязанность' - Притча о сеятеля. Различие между учениками и прочими людьми. - Идея притч. - Ренан о притчах. Притча о плевелах. - 'Зерно' в мистериях. - 'Зерно' и 'мякина'. - Краткие притчи о Царстве Небесном. - Идея отбора. - Сила жизни. - 'Богатые'. Отношение людей к эзотеризму. - Притча о хозяине и виноградарях. - Притча о брачном пире. - Притча о талантах. - Притча о семени, растущем втайне. - Идея 'жатвы'. - Противоположность жизни и эзотеризма. - Новое рождение. Пасхальный гимн. - 'Слепые' и 'те, кто видит'. - Чудеса. - Идея внутреннего чуда. - Линия работы школы. - Приготовление людей к эзотерической работе. Работа 'ловцов человеков'. - Правила для учеников. - 'Праведность фарисеев'. Бодрствование. - Притча о десяти девах. - Учитель и ученик. - Умение хранить молчание. - Идея сохранения энергии. - Левая и правая рука. - Притча о работниках в винограднике. - Ожидание награды. - Отношение Христа к закону. Внешняя и внутренняя истина. - Соблюдение законов и дисциплина. Непротивление злу. - Молитва Господня. - Молитва Сократа. - Происхождение молитвы Господней. - Правила о взаимоотношениях учеников. - 'Милость' и 'жертва'. - 'Дети'. - 'Кто больший?' - 'Ближний'. - Притча о милосердном самарянине. - О псевдорелигиях. - 'Соблазн'. - Притча о неверном управителе. Прощение грехов. - Хула на Духа Святого. - Злословие. - Учение Христа относится не к смерти, а к жизни. - Применение идей Христа.
- Глава 5. СИМВОЛИКА ТАРО. Колода карт Таро. - Двадцать два главных аркана. - История Таро. - Внутреннее содержание Таро. - Разделение Таро и его сиволических изображений. - Назначение Таро. - Таро как система и конспект 'герметических'. - Символизм алхимии, астрологии, каббалы и магии. - Символическое и вульгарное понимание алхимии. - Освальд Вирт о языке символов. - Имя Бога и четыре принципа каббалы. - Мир в себе. - Параллелизм четырёх принципов в алхимии, магии, астрологии и в откровениях. - Четыре принципа в главных и малых арканах Таро. - Числовое и символическое значение главных арканов. - Литература по Таро. - Общие недостатки комментариев к Таро. - Элифас Леви о Таро. Происхождение Таро согласно Христиану. - Следы главных арканов Таро отсутствуют в Индии и в Египте. - Природа и ценность символизма. Герметическая философия. - Необходимость фигурального языка для выражения истины. - Расположение карт Таро по парам. - Единство в двойственности. Отдельные значения двадцати двух нумерованных карт. - Субъективный характер карт Таро. - Разделение главных арканов на три семёрки. - Их значение. Другие игры, происходящие от Таро. - 'Легенда' об изобретении Таро.
- Глава 6. ЧТО ТАКОЕ ЙОГА? Тайные учения Йоги. - Что означает слово 'йога'? - Различие между йогинами и факирами. - Человек согласно учению йоги. - Теоретические и практические части йоги. - Школы йогинов. - 'Чела' и 'гуру'. - Что даёт йога? - Пять систем йоги. - Причины такого разделения. - Невозможность дать определение содержанию йоги. - Создание постоянного 'я'. - Необходимость временного ухода из жизни. - Человек как материал. - Достижение высшего сознания. - Хатха-йога. - Здоровое тело как главная цель. - Уравновешение деятельности разных органов. - Приобретение контроля над сознанием. Необходимость учителя. - 'Асаны'. - Последовательность асан. - Преодоление боли. - Различие между факирами и йогинами. - Раджа-йога. - Преодоление иллюзий. - 'Размещение' сознания. - Четыре состояния сознания. - Умение не думать. - Сосредоточение. - Размышление. - Созерцание. - Освобождение. Карма-йога. - Изменение судьбы. - Успех и неудача. - Отсутствие привязанности. - Бхакти-йога. - Йогин Рамакришна. - Единство религий. - Эмоциональное воспитание. - Религиозная практика на Западе. - Опасность псевдо-ясновидения. - Методы Добротолюбия. - 'Откровенные рассказы странника'. - Монастыри горы Афон. - Различие между монашеством и бхакти-йогой. - Джняна-йога. - Значение слова 'джняна'. - Авидья и брахмавидья. - Правильное мышление. - Изучение символов. - Идея дхармы. - Общий источник всех систем йоги. - Пять йог - Хатха-йога - Раджа-йога - Карма-йога - Джняна-йога
- Глава 7. ОБ ИЗУЧЕНИИ СНОВ И ГИПНОТИЗМЕ. Удивительная жизнь сновидений. 'Психоанализ'. - Невозможность наблюдения снов обычными методами. - 'Состояние полусна'. - Повторяющиеся сны. - Простота их природы. - Сны с полётами. - Сны с лестницами. - Ложные наблюдения. - Разные стадии сна. - Головные сны. Невозможность произнести во сне своё имя. - Категории снов. - Воплощения. Подражательные сны. - Сон Мори. - Развёртывание сна от конца к началу. Эмоциональные сны. - Сон о Лермонтове. - Построение зрительных образов. - Один человек в двух аспктах. - Материал снов. - Принцип 'компенсации'. - Принцип дополнительных тонов. - Возможность наблюдения снов в состоянии бодрствования. - Ощущение 'это было раньше'. - Гипнотизм. - Гипнотизм как средство вызвать состояние максимальной внушаемости. - Контроль со стороны обычного сознания и логики, невозможность их полного исчезновения. - Явления 'медиумизма'. Применение гипноза в медицине. - Массовый гипноз. - 'Фокус с канатом'. Самогипноз. - Внушение. - Необходимо изучать эти два явления отдельно. Внушаемость и внушение. - Как в человеке создаётся двойственность. - Два вида самовнушения. - Добровольное самовнушение невозможно.
- Глава 8. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ МИСТИКА. Магия и мистика. - Некоторые положения. - Методы магических операций. - Цель моих опытов. - Начало опытов. - Первые результаты. - Ощущение двойственности. - Неизвестный мир. - Отсутствие отдельности. Бесконечное множество новых впечатлений. - Изменение взаимоотношений между субъектом и объектом. - Мир сложных математических отношений. - Формирование схемы. - Попытки выразить словами зрительные впечатления. - Попытки вести разговор во время опытов. - Чувство удлинения времени. - Попытки делать заметки во время опытов. - Связь между дыханием и сердцебиением. - Момент второго перехода. - 'Голоса', появляющиеся в переходном состоянии. - Роль воображения в переходном состоянии. - Новый мир за вторым порогом. Бесконечность. - Ментальный мир 'арупа'. - Понимание опасности. Эмоциональная насыщенность опытов. - Число 'три'. - Другой мир внутри обычного мира. - Все вещи связаны. - Старые дома. - Лошадь на Невском. - Попытки формулировок. - 'Мышление в других категориях. - Соприкосновение с самим собой. - 'Я' и 'он'. - 'Пепельница'. - 'Всё живёт'. - Символ мира. Движущиеся знаки вещей, или символы. - Возможность влиять на судьбу другого человека. - Сознание физического тела. - Попытки видеть на расстоянии. - Два случая усиления способности восприятия. - Фундаментальные ошибки нашего мышления. - Несуществующие идеи. - Идея триады. - Идея 'я'. - Обычное ощущение 'я'. - Три разных познания. - Личный интерес. - Магия. - Познание, основанное на вычислениях. - Чувства, связанные со смертью. - 'Длинное тело жизни'. Ответственность за события чужой жизни. - Связь с прошлым и связь с другими людьми. - Два аспекта мировых явлений. - Возвращение к обычному состоянию. Мёртвый мир вместо живого мира. - Результаты опытов.
- Глава 9. В ПОИСКАХ ЧУДЕСНОГО. Собор Парижской Богоматери. - Египет и пирамиды. - Сфинкс. - Будда с сапфировыми глазами. - Душа царицы Мумтаз-и-Махал. - Дервиши мевлеви.

1. Собор Парижской Богоматери. 2. Египет и пирамиды. 3. Сфинкс. 4. Будда с сапфировыми глазами. 5. Душа царицы Мумтаз-и-Махал. 6. Дервиши мевлеви.
- Глава 10. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ. Вопрос о форме вселенной. - История вопроса. - Геометрическое и физическое пространство. - Сомнительность их отождествления. - Четвёртая координата физического пространства. - Отношение физических наук к математике. - Старая и новая физика. - Основные приницпы старой физики. - Пространство, взятое отдельно от времени. - Принцип единства законов. - Прицип Аристотеля. - Неопределённые величины старой физики. - Метод разделения, употребляемый вместо определения. - Органическая и неорганическая материя. - Элементы. - Молекулярное движение. - Броуновское движение. Принцип сохранения материи. - Относительность движения. - Измерения величин. Абсолютные единицы измерений. - Закон всемирного тяготения. - Действие на расстоянии. - Эфир. - Гипотезы о природе света. - Эксперимент Майкельсона. Морли. - Скорость света как ограничивающая скорость. - Преобразования Лоренца. - Квантовая теория. - Весомость света. - Математическая физика. - Теория Эйнштейна. - Сжатие движущихся тел. - Специальный и общий принципы относительности. - Четырёхмерный континуум. - Геометрия, исправленная и дополненная согласно Эйнштейну. - Отношение теории относительности к опыту. 'Моллюск' Эйнштейна. - Конечное пространство. - Двухмерное сферическое пространство. - Эддингтон о пространстве. - Об исследовании структуры лучистой энергии. - Старая физика и новая физика. - Недостаточность четырёх координат для построения модели вселенной. - Отсутствие возможности математического подхода к этой проблеме. - Искусственность обозначения измерений степенями. Необходимая ограниченность вселенной по отношению к измерениям. - Трёхмерность движения. - Время как спираль. - Три измерения времени. - Шестимерное пространство. - 'Период шести измерений'. - Два пересекающихся треугольника, или шестиконечная звезда. - Тело времени. - 'Историческое время' как четвёртое измерение. - Пятое измерение. - 'Ткань' и 'основа'. - Ограниченное число возможностей в каждом моменте. - Вечное Теперь. - Осуществление всех возможностей. - Прямые линии. - Ограниченность бесконечной вселенной. Нулевое измерение. - Линия невозможного. - Седьмое измерение. - Движение. Четыре вида движения. - Разделение скоростей. - Восприятие третьего измерения животными. - Скорость как угол. - Предельная скорость. - Пространство. Разнородность пространства. - Зависимость измерений от величины. Разнообразие пространства. - Материальность и её степени. - Мир внутри молекулы. - 'Притяжение' - Масса. - Небесное пространство. - Следы движения. Градации в структуре материи. - Невозможность описания материи как агрегата атомов или электронов. - Мир взаимосвязанных спиралей. - Принцип симметрии. Бесконечность. - Бесконечность в математике и геометрии. - Несоизмеримость. Разный смысл бесконечности в математике, геометрии и физике. - Функция и размеры. - Переход явлений пространства в явления времени. - Движение, переходящее в протяжённость. - Нулевые и отрицательные величины. Протяжённость внутриатомных пространств. - Разложение луча света. - Световые кванты. - Электрон. - Теория колебаний и теория излучений. Длительность существования малых единиц. - Длительность существования электронов.
- Глава 11. ВЕЧНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ И ЗАКОНЫ МАНУ. Загадка рождения и смерти. - Её связь с идеей времени. - 'Время' в обычном мышлени. - Идеи перевоплощения. Переселение душ. - Идея вечного возвращения. - Ницше. - Идея повторения у пифагорийцев. - Иисус. - Апостол Павел. - Ориген. - Идея повторения в современной литературе. - Кривая времени. - Линия вечности. - Фигура жизни. Обычные способы понимания будущей жизни. - Две формы понимания вечности. Повторение жизни. - Ощущение, что 'это уже было раньше'. - Невозможность доказать возвращение. - Недостаточность обычных теорий, объясняющих внутренний мир человека. - Разные типы жизни. - Тип абсолютного повторения. - Люди 'быта'. - Исторические личности. - 'Слабые' и 'сильные' личности. - Герои и толпа. - Тип с тенденцией к упадку. - Разные виды смерти душ. - Одно правило мистерий. - Удачливый тип. - Успех в жизни. - Пути эволюции. - Эволюция и воспоминание. - Разные взгляды на идею перевоплощения. - Идея кармы. Перевоплощения в разных направлениях. - Смерть как конец времени. - Вечное Теперь. - Сходство Брахмы с рекой. - Движение в будущее. - Движение внутри настоящего. - Движение в прошлое. - Упоминания о перевоплощениях в Ветхом Завете. - 'История преступлений'. - Зло и насилие в прошлом. - Движение к началу времени. - Борьба с причинами зла. - Перевоплощение в прошлое. Эволюционное движение в потоке жизни. - Трудность перевоплощения в будущее. 'Свободные места'. - Естественные и сознательные 'роли'. - Невозможность противоречивых сознательных ролей. - Сознательные и бессознательные роли в 'драме Христа'. - Толпа. - Вечный Жид. - Христианство как школа подготовки актёров для 'драмы Христа'. - Искажённые формы христианства. - Буддизм как школа. - Существуют ли в эзотеризме 'социальные' теории? Разделение на касты. Законы Ману. - Касты и их функции. - Переход из низшей касты в высшую. Законы брака. - Касты как естественное разделение общества. - Касты в истории. Эпохи разделения на касты. - Что такое интеллигенция? - Вера в теории. Порочный круг. - Невозможность переустройства общества снизу. - Где выход? 'Слепые вожди слепых'.
- Глава 12. ПОЛ И ЭВОЛЮЦИЯ. Смерть и рождение. Рождение и любовь. - Смерть и рождение в древних учениях. - Сущность идеи мистерий. - Человек как семя. - Смысл жизни на нашем плане. - 'Вечная' жизнь. - Цели пола. - Огромная энергия пола. - Пол и 'сохранение вида'. - Вторичные половые признаки. - 'Промежуточный пол'. - Эволюция пола. - Нормальный пол. Низший пол. - Явное и скрытое вырождение. - Отсутствие координации между полом и другими функциями как признак вырождения. - Ненормальности половой сферы. Осуждение половой жизни. - Псевдо-мораль. - Господство патологических форм. Психология публичного дома и поиски нечистоты в половой жизни. - Отсутствие смеха в половой жизни. - Порнография как поиски комического в половой жизни. Трата энергии как результат ненормальностей в половой эизни. - Болезненные эмоции. - Патологические явления, принимаемые за выражение благородства ума. Характерные признаки нормального пола. - Чувство неизбежности, связанное с полом. - Различные типы. - 'Странности любви'. - Брак и роль 'посвящённого'. Аллегория Платона в 'Прие'. - Высший пол. - Низший пол, принимаемый за высший. - Следы учения о поле в эзотерических доктринах. - Трансмутация. Трансмутация и аскетизм. - Буддизм. - Взгляд христианства на пол. - Отрывки о скопцах ради Царства Небесного, об отрезанной руке, о вырванном глазе. Взгляды, противоположные буддийским и христианским. - Эндокринология. Понимание двойной роли пола в современной науке. - Будда и Христос. - Тридцать два знака Будды. - Будда как эндокринологический тип. - Эволюция пола. Психологическая сторона подхода к высшему полу. - Пол и мистика. - Половая жизнь как предвкушение мистических состояний. - Противоречия в теории рансмутации. - Невозможность существования противоречий в эзотерических идеях. - Различные пути к высшему полу. - Недостаточность современных научных знаний для определения путей подлинной эволюции. - Необходимость нового изучения человека.
ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ

То, что автор нашёл во время своих путешествий, упомянутых во 'Введении', а также позднее, особенно с 1915 по 1919 гг., будет описано в другой книге 1. Настоящая книга была начата и практически завершена до 1914 года. Но все её главы, даже те, которые уже были изданы отдельными книгами ('Четвёртое измерение', 'Сверхчеловек', 'Символы Таро' и 'Что такое йога?'), были после этого пересмотрены и теперь более тесно связаны друг с другом. Несмотря на всё, что появилось за последние годы в области 'новой физики', автор сумел добавить ко второй части десятой главы ('Новая модель вселенной') лишь очень немногое. В настоящей книге эта глава начинается с общего обзора развития новых идей в физике, составляющего первую часть главы. Конечно, этот обзор не ставит своей целью ознакомить читателей со всеми теориями и литературой по данному вопросу. Точно так же и в других главах, где автору приходилось ссылаться на какую-то литературу по затронутым им вопросам, он не имел в виду исчерпать все труды, указать на все главные течения или даже сделать обзор важнейших трудов и самых последних идей. Ему достаточно было в таких случаях указать примеры того или иного направления мысли.

Порядок глав в книге не всегда соответствует тому порядку, в каком они были написаны, поскольку многое писалось одновременно, и разные места поясняют друг друга. Каждая глава помечена годом, когда она была начата, и годом, когда была пересмотрена или закончена.

Лондон, 1930 г.
ВВЕДЕНИЕ

В жизни существуют минуты, отделённые друг от друга долгими промежутками времени, но связанные внутренним содержанием, присущим только им. Несколько таких минут постоянно приходят мне на память, и тогда я чувствую, что именно они определили главное направление моей жизни.

1890-й или 1891-й год. Вечерний приготовительный класс 2-й Московской гимназии. Просторный класс, освещённый керосиновыми лампами, которые отбрасывают широкие тени. Жёлтые шкафы вдоль стен. Гимназисты в перепачканных чернилами полотняных блузах склонились над партами. Одни поглощены уроком, другие читают под партами запрещённый роман Дюма или Габорио, третьи шепчутся с соседями. Но со стороны все выглядит одинаково. За столом - дежурный учитель, долговязый и тощий немец по прозвищу 'Гигантские шаги'; он в форменном синем фраке с золотыми пуговицами. Сквозь открытую дверь виден класс напротив.

Я - школьник второго или третьего класса. Но вместо латинской грамматики Зейферта, целиком состоящей из исключений, которые иногда снятся мне и поныне, вместо задачника Евтушевского с крестьянином, приехавшим в город продавать сено, и водоёмом, к которому подходят три трубы, передо мной лежит 'Физика' Малинина и Буренина. Я выпросил эту книгу на время у одного из старшеклассников и теперь с жадностью читаю её, охваченный энтузиазмом и каким-то восторгом, сменяющимся ужасом, перед открывающимися мне тайнами. Стены комнаты рушатся, передо мной расстилаются необозримые горизонты неведомой красоты. Мне кажется, будто какие-то неизвестные нити, о существовании которых я и не подозревал, становятся доступными зрению, и я вижу, как они связывают предметы друг с другом. Впервые в моей жизни из хаоса вырисовываются очертания цельного мира. Всё становится связным, возникает упорядоченное и гармоничное единство. Я понимаю, я связываю воедино целую серию явлений, которые до сих пор казались разрозненными, не имеющими между собой ничего общего.

Но что же я читаю?

Я читаю главу о рычагах. И сразу же множество вещей, которые казались мне независимыми и непохожими друг на друга, становятся взаимосвязанными, образуют единое целое. Тут и палка, подсунутая под камень, и перочинный нож, и лопата, и качели - все эти разные вещи представляют собой одно и то же: все они 'рычаги'. В этой идее есть что-то пугающее и вместе с тем заманчивое. Почему же я до сих пор ничего об этом не знал? Почему никто мне не рассказал? Почему меня заставляют учить тысячу бесполезных вещей, а об этом не сказали ни слова? Всё, что я открываю, так чудесно и необычно! Мой восторг растёт, и меня охватывает предчувствие новых поджидающих меня откровений; меня охватывает благоговейный ужас при мысли о единстве всего

Я не в силах более сдержать бурлящие во мне эмоции и пытаюсь поделиться ими со своим соседом по парте; это мой закадычный друг, и мы часто ведём с ним негромкие беседы. Шёпотом я рассказываю ему о своих открытиях. Но я чувствую, что мои слова ничего для него не значат, что я не в состоянии выразить того, что чувствую. Друг слушает меня с отсутствующим видом и, вероятно, не слышит и половины сказанного. Я вижу это и, обидевшись, хочу прервать свой рассказ; но немец за учительским столом уже заметил, что мы разговариваем, что я что-то показываю соседу под партой. Он спешит к нам, и спустя мгновение моя любимая 'Физика' оказывается в его глупых и неприятных руках.

- Кто дал тебе этот учебник? Ведь ты ничего в нём не понимаешь! К тому же я уверен, что ты не приготовил уроки.

Моя 'Физика' лежит на учительском столе.

Я слышу вокруг иронический шёпот и насмешки: 'Успенский читает 'Физику'! Но я спокоен. Завтра моя 'Физика' опять будет у меня, а долговязый немец весь состоит из больших и малых рычагов.

Проходят годы.

1906-й или 1907-й. Редакция московской ежедневной газеты 'Утро'. Я только что получил иностранные газеты, мне нужно написать статью о предстоящей конференции в Гааге. Передо мной кипа французских, немецких, английских и итальянских газет. Фразы, фразы - полные симпатии, критические, иронические и крикливые, торжественные и лживые - и, кроме того, совершенно шаблонные, те же, что употреблялись тысячи раз и будут употребляться снова, быть может, в диаметрально противоположных случаях. Мне необходимо составить обзор всех этих слов и мнений, претендующих на серьёзное к ним отношение; а затем столь же серьёзно изложить своё мнение на этот счёт. Но что я могу сказать? Какая скучища! Дипломаты и политики всех стран соберутся и будут о чём-то толковать, газеты выразят своё одобрение или неодобрение, симпатию или враждебность. И всё останется таким же, как и раньше, или даже станет хуже.

'Время ещё есть - говорю я себе, - возможно, позднее что-нибудь придёт мне в голову.'

Отложив газеты, я выдвигаю ящик письменного стола. Он набит книгами с необычными заглавиями: 'Оккультный мир', 'Жизнь после смерти', 'Атлантида и Лемурия', 'Догмы и ритуал высшей магии', 'Храм Сатаны', 'Откровенные рассказы странника' и тому подобное. Уже целый месяц меня невозможно оторвать от этих книг, а мир Гаагской конференции и газетных передовиц делается для меня всё более неясным, чуждым, нереальным.

Я открываю наугад одну из книг, чувствуя при этом, что статья сегодня так и не будет написана, А ну её к чёрту! Человечество ничего не потеряет, если о Гаагской конференции напишут на одну статью меньше.

Все эти разговоры о всеобщем мире - беспощадные мечты Манилова о том, как бы построить мост через пруд. Ничего никогда из этого не выйдет. Во-первых, потому, что люди, устраивающие конференции и собирающиеся для разговоров о мире, рано или поздно начнут войну. Войны не начинаются сами по себе; не начинают их и 'народы', как бы их в этом ни обвиняли. Именно все эти умные люди с их благими намерениями и оказываются препятствием к миру. Но можно ли надеяться на то, что когда-нибудь они это поймут? И разве кто-нибудь когда-нибудь мог понять свою собственную ничтожность?

Мне приходит на ум множество едких мыслей о Гаагской конференции, однако я понимаю, что для печати ни одна из них не годится. Идея Гаагской конференции исходит из очень высоких источников; если уж писать о ней, то в самом сочувственном тоне. Даже у тех из наших газет, которые обычно критически и недоверчиво относятся ко всему, что исходит от правительства, только позиция Германии на конференции вызвала неодобрение. Поэтому редактор никогда не пропустит то, что я мог бы написать, выражая свои подлинные мысли. Но если бы каким-то чудом он и пропустил мою статью, её никто не смог бы прочесть, так как газета была бы арестована полицией прямо на улицах, а нам с редактором пришлось бы совершить неблизкое путешествие. Такая перспектива ни в коем случае меня не привлекает. Какой смысл разоблачать ложь, если люди любят её и живут ею? Это, конечно, их дело; но я устал от лжи, да её и без меня достаточно.

Но здесь, в этих книгах, чувствуется странный привкус истины. Я ощущаю его с особой силой именно теперь, потому что так долго держался внутри искусственных 'материалистических' границ, лишая себя всех мечтаний о вещах, которые не вмещаются в эти границы. Я жил в высушенном стериализованном мире с бесконечным числом запретов, наложенных на мою мысль. И внезапно эти необычные книги разбили все стены вокруг меня, заставили меня думать и мечтать о том, о чём я раньше не смел и помыслить. Неожиданно я обнаруживаю смысл в древних сказках; леса, реки и горы становятся живыми существами; таинственная жизнь наполняет ночь; я снова мечтаю о дальних путешествиях, но уже с новыми интересами и надеждами; припоминаю массу необычных рассказов о старинных монастырях. Идеи и чувства, которые давно перестали меня интересовать, внезапно приобретают смысл и притягательность; глубокое значение и множество тонких иносказаний обнаруживаются в том, что ещё вчера казалось наивной народной фантазией. И величайшей тайной, величайшим чудом кажется мысль о том, что смерти нет, что покинувшие нас люди, возможно, не исчезают полностью, а где-то и как-то существуют, и что я могу снова их увидеть. Я так привык к 'научному' мышлению, что мне страшно даже вообразить нечто вне пределов внешней оболочки жизни. Я испытываю то же, что и приговорённый к смерти; его друзья повешены, а сам он примирился с мыслью о такой же судьбе - и вдруг узнаёт, что друзья его живы, что им удалось спастись, и что у него самого есть надежда на спасение. Но ему страшно поверить во всё это, ибо всё может оказаться обманом, и ему не останется ничего, кроме тюрьмы и ожидания казни.

Да, я знаю, что все эти книжки о 'жизни после смерти' крайне наивны; но они куда-то ведут, за ними что-то есть - что-такое, к чему я приближался и раньше; но прежде оно пугало меня, и я бежал от него в сухую и бесплодную пустыню 'материализма'.

'Четвёртое измерение!'

Вот реальность, которую я смутно чувствовал уже давно, но которая всегда ускользала от меня. Теперь я вижу свой путь; вижу, куда он может вести.

Гаагская конференция, газеты - всё это так далеко от меня. Почему получается, что люди не понимают, что они - лишь тени, лишь силуэты самих себя, и вся их жизнь - не более чем силуэт какой-то другой жизни.

Проходят годы.

Книги, книги, книги... Я читаю, нахожу, теряю, опять нахожу и снова теряю. Наконец в моём уме формируется некое целое. Я вижу непрерывность линии мысли и знания; она тянется из века в век, из эпохи в эпоху, из одной страны в другую, из одной расы в другую. Эта линия скрыта глубоко под слоями религий и философских систем, которые представляют собой лишь искажения и лжетолкования идей, принадлежащих основной линии. Я обнаруживаю обширную и испоненную глубокого смысла литературу, которая до недавних пор была мне совершенно незнакомой, а сейчас становится понятной, питает известную нам философию, хотя сама в учебниках по истории философии почти не упоминается. И теперь я удивляюсь тому, что не знал её раньше, что так мало людей слышали о ней. Кто знает, например, что простая колода карт содержит в себе глубокую и гармоничную философскую систему? Её так основательно забыли, что она кажется почти новой.

Я решаюсь написать книгу, рассказать обо всём, что нашёл. Вместе с тем я вижу, что вполне возможно согласовать идеи этого сокровенного знания с данными точной науки; и мне становится понятным, что 'четвёртое измерение' и есть тот мост, который связывает старое и новое знание. Я нахожу идеи четвёртого измерения в древней символике, в картах Таро, в образах индийских божеств, в ветвях дерева, в линиях человеческого тела.

И вот я собираю материал, подбираю цитаты, формулирую выводы, надеясь показать очевидную мне теперь внутреннюю связь между методами мышления, которые обычно кажутся обособленными и независимыми. Но в самый разгар работы, когда всё уже готово и приняло определённую форму, я внезапно чувствую, как мне в душу заползает холодок сомнения и усталости. Ну хорошо, будет написана ещё одна книга. Но уже сейчас, когда я только принимаюсь за неё, я заранее знаю, чем кончится дело. Я угадываю границу, за пределы которой выйти невозможно. Работа моя стоит, я не могу заставить себя писать о безграничности познания, когда вижу уже его пределы. Старые методы не годятся, необходимы какие-то другие. Люди, рассчитывающие достичь чего-то своими собственными способами, так же слепы, как и те, кто вообще не подозревает о возможностях нового знания.

Работа над книгой заброшена. Проходят месяцы, я с головой окунулся в необычные эксперименты, которые выводят меня далеко за пределы познаваемого и возможного.

Устрашающее и захватывающее чувство! Всё становится живым! Нет ничего мёртвого, нет ничего неодушевлённого. Я улавливаю удары пульса жизни. Я 'вижу' Бесконечность. Затем всё исчезает. Но всякий раз после этого я говорю себе, что это было; а значит существуют явления, отличные от обычных. В памяти остаётся совсем немного; я так смутно припоминаю свои переживания, что могу пересказать лишь крохотную часть того, что со мной происходило. К тому же я не способен ничего контролировать, ничего направлять. Иногда 'это' приходит, иногда нет; иногда возникает только чувство ужаса, иногда же - ослепительный свет. Порой в памяти остаётся самая малость, а то и вовсе ничего. Временами многое становится мне понятно, открываются новые горизонты; но длится это всего лишь мгновение. И мгновения эти оказываются столь краткими, что никогда нельзя быть уверенным в том, что я нечто увидел. Свет вспыхивает и гаснет, прежде чем я успеваю рассказать себе, что я видел. С каждым днём, с каждым разом пробудить этот свет становится всё труднее. Нередко мне кажется, что уже первый опыт дал мне всё, а последующие опыты были лишь повторением одних и тех же явлений в моём сознании, лишь повторением. Я понимаю, что это не так, что всякий раз я приобретаю что-то новое, но от этой мысли очень трудно избавиться. Она усугубляет то ощущение беспомощности, которое возникает у меня словно при виде стены: через неё можно бросить беглый взгляд, но настолько кратковременный, что я не в состоянии даже осознать то, что вижу. Дальнейшие эксперименты лишь подчёркивают мою неспособность овладеть тайной. Мысль не может ухватить и передать то, что порой ясно угадывается, ибо она слишком медленна, слишком коротка. Нет слов, нет форм, чтобы передать то, что мы видеть и сознаём в такие мгновения. Задержать их, приостановить, удлинить, подчинить воле - невозможно. Мы не способны припомнить найденное и впоследствии пересказать его. Всё исчезает, как исчезают сны. Быть может, и сами эти переживания - не более чем сон.

И всё-таки это не так. Я знаю, что это не сон. Во всех моих экспериментах и переживаниях есть привкус реальности, который невозможно подделать; здесь ошибиться нельзя. Я знаю, что всё это есть, я в этом убедился. Единство существует. Я знаю, что оно упорядоченно, бесконечно, обладает одушевлённостью и сознанием. Но как связать 'то, что вверху' с 'тем, что внизу'?

Я понимаю, что необходим какой-то метод. Должно существовать нечто такое, что человек обязан знать прежде, чем начинать опыты. Всё чаще и чаще я думаю, что такой метод могут дать мне восточные школы йогинов и суфиев, о которых я читал и слышал, если такие школы вообще существуют, если туда можно проникнуть. Моя мысль сосредоточена на этом. Вопрос школы и метода приобретает для меня превостепенное значение, хотя сама идея школы ещё не совсем ясна и связана со слишком многими фантазиями и очень сомнительными теориями. Но одно мне очевидно: в одиночку я не смогу сделать ничего.

И вот я решаюсь отправиться в далёкое путешествие, на поиски этих школ или людей, которые могли бы указать мне путь к ним.

1912

Мой путь лежит на Восток. Предыдущие путешествия убедили меня в том, что на Востоке до сих пор остаётся много такого, чего в Европе давно не существует. Вместе с тем, у меня вовсе не было уверенности, что я найду именно то, что хочу найти. Более того, я не мог с уверенностью сказать, что именно мне нужно искать. Вопрос о 'школах' (я имею в виду 'эзотерические', или 'оккультные' школы) по-прежнему оставался неясным. Я не сомневался, что эти школы существуют, но не мог сказать, насколько необходимо их физическое существование на земле. Иногда мне казалось, что подлинные школы могут существовать только на другом плане, что мы способны приблизиться к ним только в особых состояниях сознания, не меняя при этом места и условий нашего существования. В таком случае моё путешествие оказывалось бесцельным. Однако мне казалось, что на Востоке могли сохраниться традиционные методы приближения к эзотеризму.

Вопрос о школах совпадал для меня с вопросом об эзотерической преемственности. Иногда я допускал непрерывную историческую преемственность; в другое же время мне казалось, что возможна только 'мистическая' преемственность, линия которой на земле обрывается и исчезает из нашего зрения. Остаются лишь её следы; произведения искусства, литературные памятники, мифы, религии. Возможно, лишь через продолжительное время те же самые причины, которые породили когда-то эзотерическую мысль, снова начинают работу - и возобновляется процесс собирания знаний, создаются школы, а древнее учение выступает из своих скрытых форм. В этом случае в промежуточный период может и не быть полных или правильно организованных школ, а разве что подражательные школы или школы, хранящие букву древнего закона в окаменевших формах.

Однако это не отталкивало меня; я был готов принять всё, что надеялся найти.

Имелся ещё один вопрос, который занимал меня до путешествия и в его начале.

Можно ли пытаться делать что-то здесь и сейчас, с явно недостаточным знанием методов, путей и возможных результатов?

Задавая себе этот вопрос, я имел в виду разнообразные методики дыхания, диеты, поста, упражнений на внимание и воображение, прежде всего, методы преодоления себя в минуты пассивности или лености.

В ответ на этот вопрос внутри меня раздавались два голоса:

- Неважно, что делать, - говорил один из них, - важно хотя бы что-то делать. Не следует сидеть и ждать, пока что-то само придёт к тебе.

- Всё дело как раз в том, чтобы воздержаться от действий, - возражал другой голос, - пока не узнаешь наверняка и с определённостью, что именно нужно делать для достижения поставленной цели. Если начинать что-то, не зная точно, что необходимо для достижения поставленной цели, знание никогда не придёт. Результатом будет 'работа над собой' различных 'оккультных' и 'теософских' книжек, т.е. самообман.

Прислушиваясь к этим двум голосам во мне, я не мог решить, какой из них прав.

Пытаться или ждать? Я понимал, что во многих случаях пытаться бесполезно. Как можно пытаться написать картину? Или читать по-китайски? Сначала надо учиться, чтобы уметь что-то сделать. Я сознавал, что в этих доводах немало желания избежать трудностей или, по крайней мере, отсрочить их, но боязнь любительских попыток 'работы над собой' перевесила всё остальное. Я заявил себе, что двигаться в том направлении, в котором я хочу идти, двигаться вслепую невозможно. К тому же я вовсе не хотел каких-либо изменений в самом себе. Я отправлялся в поиски; и если бы посреди этого поиска я стал меняться, я бы, пожалуй, от него отказался. Тогда я думал, что именно это часто происходит с людьми на пути 'оккультных' исканий: они испытывают на себе разные методы, вкладывают в свои попытки много ожиданий, труда и усилий, но в конце концов принимают свои субъективные старания за результат поиска. Я хотел любой ценой избежать этого.

Но с первых же месяцев моего путешествия стала вырисовываться и совершенно новая, почти неожиданная цель.

Чуть ли не во всех местах, куда я приезжал, и даже во время самих поездок, я встретид немало людей, которые интересовались теми же самыми идеями, что и я, которые говорили на том же языке, что и я, и с которыми у меня немедленно устанавливалось полное и отчётливое взаимопонимание. Конечно, в то время я не мог сказать, как велико это взаимопонимание и далеко ли оно зашло, но в тех условиях и с тем идейным материалом, которым я располагал, тогда даже оно казалось почти чудесным. Некоторые из этих людей знали друг друга, некоторые нет; я чувствовал, что устанавливаю между ними связь, как бы протягиваю нить, которая, по первоначальному замыслу моего путешествия, должна обойти вокруг всего земного шара. В этих встречах было нечто возбуждающее, исполненное значения. Каждому новому человеку, которого я встречал, я рассказывал о тех, кого встретил раньше; иногда я уже заранее знал, с кем мне предстоит встретиться. Петербург, Лондон, Париж, Генуя, Каир, Коломбо, Галле, Мадрас, Бенарес, Калькутта были связаны незримыми нитями общих надежд и ожиданий. И чем больше людей я встречал, тем больше захватывала меня эта сторона путешествия. Из него как бы выросло некое тайное общество, не имеющее ни названия, ни устройства, ни устава, членов которого, однако, тесно связывала общность идей и языка. Я нередко размышлял о том, что сам написал в 'Tertium Organum' о людях 'новой расы', и мне казалось, что я был недалёк от истины, что происходит процесс формирования если и не новой расы, то, по крайней мере, новой категории людей, для которых существуют иные ценности, чем существующие для всех.

В связи с этим, я снова ощутил необходимость привести в порядок и систематизировать то, что из известного нам ведёт к 'новым фактам'. И я решил, что по возвращении возобновлю оставленную работу над книгой, но уже с новыми целями и новыми намерениями. В Индии и на Цейлоне у меня возникли кое-какие связи; мне казалось, что через некоторое время я обнаружу какие-то конкретные факты.

Но вот наступило одно сияющее солнечное утро. Я возвращался из Индии. Пароход плыл из Мадраса в Коломбо, огибая Цейлон с юга. Я поднялся на палубу. Уже в третий раз за время путешествия я подплывал к Цейлону - и каждый раз с новой стороны. Плоский берег с отдалёнными голубыми холмами открывал издали такие ландшафты, которые невозможно было бы увидеть на месте. Я мог различить миниатюрную железную дорогу, которая тянулась к югу; одновременно виднелись несколько игрушечных станций, расположенных, казалось, почти вплотную. Я знал их названия: Коллупитья, Бамбалапитья, Веллаватта и другие.

Приближаясь к Коломбо, я волновался, ибо мне предстояло, во-первых, узнать, найду ли я там того человека, которого встретил перед последней поездкой в Индию, и подтвердит ли он своё предложение о моей встрече с некоторыми йогинами; во-вторых, решить, куда мне ехать дальше: возвращаться ли в Россию или следовать в Бирму, Таиланд, Японию и Америку.

Но я совершенно не ожидал того, что встретило меня на Цейлоне. Первое слово, услышанное мной после высадки на берег, было: война.

Так начались эти странные, полные смятения дни. Всё смешалось. Но я уже чувствовал, что мой поиск в некотором смысле закончен, и понял, почему всё время ощущал, что нужно торопиться. Начинался новый цикл. Невозможно было ещё сказать, на что он будет похож и куда приведёт. Одно казалось ясным с самого начала: то, что было возможно вчера, сегодня сделалось невозможным. Со дна жизни поднялась муть и грязь, все карты оказались смешанными, все нити порванными.

Оставалось лишь то, что я установил для себя и что никто не мог у меня отнять. И я чувствовал, что лишь оно в состоянии вести меня дальше.

1914-1930 гг.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   48

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Модель вселенной icon«Социально-экономическая модель развития Германии»
Целью работы является анализ и исследование германской модели социально-экономического развития. Тот факт, что модель была сформирована...

Модель вселенной iconГалина Железняк Андрей Козка Чудеса и катастрофы Вселенной
«Железняк Г. В., Козка А. В./ Чудеса и катастрофы Вселенной»: Харьков: Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», 2006. — 352 с., ил.;...

Модель вселенной iconПрограмма учебного курса «История американской культуры XVII xix...
«устойчивые культурные модели». Америка как модель утопии. Миф о «Новом Свете» в письмах Колумба и других путешественников. Модель...

Модель вселенной iconИсследование Солнечной Системы. Астрономия и планеты
...

Модель вселенной iconМетодические рекомендации Старший методист до гбоу гимназии №1528...
Примерная модель образовательной деятельности в летний период представляет собой календарь праздников, тематика которых ориентирована...

Модель вселенной iconСолнце Вселенной моей. Литературно-музыкальная композиция (сценарий)
Здравствуйте, дорогие друзья, мы рады видеть вас в стенах нашей библиотеки. Нашу сегодняшнюю встречу, мы посвящаем прекрасной половине...

Модель вселенной iconКонцепция выхода из глобального экономического кризиса. Модель устойчивого...
Концепция выхода из глобального экономического кризиса. Модель устойчивого экономического развития

Модель вселенной iconКонкурс научно-исследовательских работ молодых ученых и студентов «Модель мвф»
Международный конкурс научно-исследовательских работ молодых ученых и студентов «Модель мвф»

Модель вселенной iconКонкурс научно-исследовательских работ молодых ученых и студентов «Модель мвф»
Международный конкурс научно-исследовательских работ молодых ученых и студентов «Модель мвф»

Модель вселенной iconКонкурс научно-исследовательских работ молодых ученых и студентов «Модель мвф»
Международный конкурс научно-исследовательских работ молодых ученых и студентов «Модель мвф»






При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
h.120-bal.ru
..На главнуюПоиск