Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем»






НазваниеЛекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем»
страница1/5
Дата публикации25.07.2015
Размер0.65 Mb.
ТипЛекция
h.120-bal.ru > Документы > Лекция
  1   2   3   4   5

Открытая лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем», 21 марта 2014

Стенограмма открытой лекции Евгения Борисовича Кузнецова из цикла «13 лекций о будущем»
Кузнецов. Меня зовут Евгений Кузнецов, работаю в «Российской венчурной компании». Это, наверное, не так принципиально, если говорить к нашей сегодняшней беседе, потому что темой, о которой я сегодня хотел бы поговорить, я занимался и достаточно до этого. С другой стороны, в РВК появилась замечательная возможность позаниматься непосредственно институциональным строительством, скажем так, и созданием условий и возможностей, для того чтобы как-то ускоренно двигаться к будущему, то есть меньше описывать его, изучать интеллектуально, а больше заниматься процессами встраивания, и это действительно очень ценный и интересный опыт.

Тема сегодняшнего выступления будет посвящена скорее синтезу тех представлений о возможностях прогнозирования и понимания будущего, которые у нас есть, и созданию инструментов по встраиванию в это будущее с использованием широкого класса инструментов, в том числе образовательных, но и не только. Я просто, когда договаривался изначально, мы договаривались, что будет лекция больше по социальному и образовательному, но в анонсах, как я видел, больше как раз посвящено – про конвергенцию технологий, про новые отрасли, про новые индустрии. В принципе, я думаю, что это нормально, и постараюсь совместить и ту и другую сферу.

Плюс я бы хотел вообще поговорить о теме, которая мне самому близка и интересна, а именно – те некоторые, скажем так, социальные и исторические законы, которые формируют в широком смысле такую ткань времени и нашего развития, и накладывают на нас очень серьёзные ограничения. Занятной иллюстрацией существования таких странных законов может явиться даже такой факт, что у меня за последнее время вторая публичная лекция. Первая публичная лекция была в ту неделю, когда уехал Гуриев. И тоже я вот прихожу на лекцию с таким тяжёлым чувством, что надо о будущем говорить, а тут что-то вот такое происходит, что невозможно вообще голову поднять. Ну и когда вторая лекция договаривалась тоже, вот сейчас происходят события, от которых просто невозможно отвлечься, то есть история меняется на глазах. То есть это какое-то такое забавное совпадение, а в принципе совпадений в истории практически не бывает. Это всегда речь идёт о том, что есть какой-то такой системный процесс, развивающийся иногда в явной форме, а иногда в скрытой форме. И как в «Матрице», если есть дежавю, значит, есть сбой, значит, есть какой-то процесс, который ты не видишь, точно так же в истории, если что-то происходит синхронно, то, как правило, речь идёт о том, что есть какой-то скрытый процесс, которого ты не замечаешь. В каком-то смысле, когда появился в своё время Фоменко, который является совсем неглупым математиком, очень авторитетным, и начал всерьёз рассказывать про то, что история закольцована, то, на взгляд историка, это шарлатанство, естественно. На взгляд, скажем так, человека с системным подходом это говорит о том, что действительно есть какие-то аналогичные истории, действительно есть какие-то синхронные вещи в сценарии развития событий, в сценарии хода истории, в каком-то сценарии последовательности движений. И они действительно взгляду человека, который анализирует процесс не как набор фактов, не как набор обстоятельств, а как набор системно связанных между собой процессов, они на этот взгляд видны. И действительно, в истории периодически в развитии событий возникают ситуации, когда можно увидеть аналогии между процессами. Вот сейчас этим все злоупотребляют, как раз в ходе последнего кризиса пытаются найти аналогии Крыма и Судет и так далее. Есть другие попытки найти аналогии. У каждой исторической аналогии свои плюсы и минусы, но в каком-то смысле исторические процессы происходят синхронно. Почему это важно? Потому что иногда этот синхронизм является чрезвычайно глубокомысленным. Вот здесь я, пожалуй, приведу первую иллюстрацию, которая для нас как для страны, находящейся в определённой турбулентной фазе, крайне важна.

В истории много раз случались ситуации, когда достаточно высокоразвитые страны достигали какого-то потолка развития и исчезали. Причём это происходило, как правило, если раскручивать эту историю, не под воздействием внешних сил. Нельзя сказать, что точку в развитии Рима поставили варвары. Варваров существовало до Рима примерно столько же, и вот эти варварские нашествия происходили с завидной регулярностью. Тем не менее, в определённый момент что-то перестало существовать. До этого был ещё один такой же исторический обмен знаменитый, как крах Бронзового века. Это когда одновременно три великих цивилизации – хеттская, египетская и в тот момент жившая тоже в районе Вавилона – прекратили существование под воздействием серьёзных исторических причин. Называлось это – нашествие каких-то племён. Это была одна из видимых причин. Но, опять же, нашествий племён до этого существовало много. То есть существуют определённые такие вот достаточно сходные процессы, когда определённая цивилизация достигает пика развития, и в этот момент с ней может наступить момент, когда она этот пик не переламывает. Не менее знаменитая история, когда Китай, бывший в своё время, в общем, долгое время, много сотен, даже тысяч лет второй экономикой мира, достиг действительно очень высокого технологического развития; тем не менее, довольно быстро «сложился» под монгольским нашествием и так далее.

Вот этот момент, когда цивилизация останавливается в развитии, в истории повторялся неоднократно. И практически всегда в истории присутствовал ряд факторов, как внутренних, так и внешних, но мне интересен прежде всего технологический аспект их истории, то есть технологических факторов, который предопределял как бы необходимость делать следующий шаг, но этот шаг не происходил. Вот мы в каком-то смысле сейчас находимся в очень похожем цивилизационном шаге, когда происходит очень существенный технологический сдвиг. И если в известной ситуации краха Бронзового века одной из самых существенных причин называют именно такую радикальную смену бронзового оружия на железное, но это только один из аспектов, на самом деле, там было много других обстоятельств. Но практически в каждый вот такой исторический эпизод, когда происходил перелом, это было связано с той или иной сменой технологической парадигмы, которая крупными государствами не улавливалась. Поэтому когда мы начинаем смотреть на будущее, то полезно вообще сразу уйти от мысли, что оно является каким-то комплексом уникальных обстоятельств. Оно практически всегда воспроизводится по определённым законам. В этом смысле какая-то точка зрения на некую цикличность процессов или на сходство сценариев имеет место быть. Другое дело, что не так просто эти сценарии вычленять и не так просто эти циклы выявлять. Это довольно сложная историческая задача, и ни одна из моделей, которая кем-либо когда-либо предлагалась, на данный момент не является официально мейнстримом. Это всё разного рода такие паратеории, которые, в общем, не сведены ещё ни в одну чёткую конструкцию. Тем не менее, они имеют место быть.

Есть ещё один заход; я его тоже хотел бы, предваряя некоторое развитие дискуссии, положить. Недавно мне очень обратило внимание такое забавное, что ли, совпадение. Есть такой знаменитый замечательный литературный памятник – Лапута, «Путешествия» Свифта. И вот если смотреть на то, как устроена Лапута, то в ней неожиданно обнаруживается масса вещей, которые тогда были абсолютно необъяснимыми, но с нашей точки зрения сейчас являются совершенно естественными. Начнём с того, что сама Лапута описывалась как центр власти, который существовал поверх мира и осуществлял власть путём периодического такого проникновения в реальность, то есть появлялась над городом и применяла методы воздействия. Если город соглашался, то платил дань, если не соглашался, то с ним происходили разные очень неприятные вещи, то есть не было никакой возможности ему сопротивляться. Фактически это система контроля, которая сейчас в мире развернулась, только это не Лапута, а это авианосные ударные группы, то есть примерно та же самая конструкция. Есть отдельные точки силы, есть некая абсолютно подавляющая мощь, и она существует немножко в другом мире, она существует в мире, который вообще устроен по-другому, то есть люди не могут понять, что там происходит.

Потом, очень смешная аналогия – там знатный лапутянин описывается как человек, который большее время существует в каком-то другом мире, то есть нужен специальный человек – хлопальщик, который выводит его из какого-то состояния, чтобы с ним можно было вступить в коммуникацию. Человеку времён Свифта это казалось дикостью. Человеку с гаджетом, а ещё с Google Glass или с ноутбуком это уже реально никакой сложностью не является. Вот сидит человек в другой реальности; чтобы вывести его к коммуникации, надо подойти, его похлопать по плечу и сказать: «Вася!» - и так далее. То есть наше существование сейчас в какой-то параллельной информационной реальности – это абсолютно свершившийся факт. Для Свифта, очевидно, в то время это было совершенно непонятно.

У меня, знаете, иногда возникают аналогии, что действительно это интересно, это какой-то случай как машины времени или это просто реально есть какие-то процессы, которые можно определённым образом экстраполировать, посмотреть, предугадать, предвидеть и увидеть их в развитом виде зародившимися в том, что у тебя уже есть сейчас. То есть я не вижу никаких технических аналогий, которые могли бы подсказать вот эту историю с существующими в астрале высшими людьми, хотя, возможно, это какая-то аналогия с какими-то мистическими практиками того времени. Но, с другой стороны, та технология, которая сейчас строится, во многом строится по образцу каких-то сказочных сюжетов, то есть по образцу реализации наших представлений, то есть мечта говорить с другим человеком, не ограничиваясь расстоянием, мечта полёта – она существовала всегда. То есть, есть какие-то образы, существующие в человеческом сознании, есть какие-то образы, существующие в коллективном сознании, которые человек постоянно пытается выхватить и положить их на материал. Вот что-то подсказывает, что таких образов достаточно много, и человек постоянно пытается их реализовать. То есть он пытается угадать, осуществить какую-то невозможную вещь и реализовать её в своём мире. Вот мы сейчас переживаем такой момент, когда очень многие невозможные вещи становятся технически возможными. И вот это умение или такая интуиция, позволяющая эту невозможную вещь превратить в технологию? – это на самом деле то, что всегда создавало так называемые breakthrough innovation, то есть создавало какие-то поворотные моменты.

Тоже не могу сказать, что я как-то долго готовился к лекции; у меня, к сожалению, не было такого времени. Но, тем не менее, по дороге размышляя, я вспомнил классическую историю, что по большому счёту существенному техническому, технологическому прорыву в современной космонавтике предшествовала определённая стадия появления, скажем так, некоей космической философии. То есть цикл там и фантастических романов, и Циолковский; в Германии это были свои философы. Те, кто формулировал определённый запрос, определённый вызов, определённую картину мира, которую технически тогда реализовать было невозможно. Техническая её реализация шла потом. И похоже, что при наличии ясно сформулированной задачи, ясно сформулированного образа техническая картина мира находится значительно более быстрыми темпами, чем какой-то рутинный технологический поиск. Причём нельзя сказать, чтобы это существовала какая-то чётко поставленная задача. Вот я об этом чуть-чуть скажу дальше, что механизм чёткой постановки задач и планирования достижения результата в попытках достичь будущего никогда не срабатывает практически, а всегда срабатывает совершенно другой механизм, а именно – механизм попыток попасть в новое окно возможностей, но это окно возможностей должно быть сначала описано.

Так вот, похоже, что взаимодействие человека и будущего, взаимодействие человека и той технологической среды, которая формируется, социальной среды – это цепь такого взаимного обмена между образами будущего и представлениями о будущем, таких красивых идей, которые люди формулируют – и тех возможностей, которые под них формируются, исходя из практического технологического материала. То есть идея и мечта иметь с людьми персональный контакт и общение вне зависимости от расстояния существовала практически всегда, но технологически она развивалась всегда из тех возможностей, которые были. И, кстати говоря, практически всегда появление какой-то новой инфраструктуры, такой системной инфраструктуры давало мощный рывок. То есть это очень важный момент. И вот этот взаимообмен какой-то идеей, сверхидеей и её технической реализацией – это, пожалуй, в истории самое интересное.

Попробую здесь нарисовать несколько таких конкретных моделей, как это происходит. В принципе, можно было бы, наверное, попытаться сделать это системно. Это, наверное, отдельная интересная работа. Если бы какая-то футурология существовала в виде регулярной науки, наверное, это можно было бы сделать. Но похоже, что есть некий конкретный набор метатехнологий, мегатехнологий, реализация которых позволяет совершить качественный рывок. Ну, вот так невольно мы начали со связи. Вот связь, распространение информации – это практически всегда такая вот breakthrough innovation на всём протяжении человеческой истории. Были очень знаменитые примеры, например персидская связь конная, которая позволила удерживать государство в том объёме, в том размере, который не существовал никогда до этого. То есть это была пожалуй одна из самых крупных империй с самым лучшим управлением на тот момент. Это была чисто технология связи. Использовались кони перекладные со специальной станцией, и скорость прохода приказа от столицы до метрополии осуществлялась в совершенно феноменальные по тем временам периоды, то есть армия шла недели, месяцы, всадник мог проскакать за дни или полторы недели максимум. Совершеннейшая вот такая breakthrough история.

Довольно долгое время технологическая рамка ограничивала возможности передачи информации, но каждый раз, когда появлялась новая технология, происходил качественный скачок. То есть объём и скорость передачи информации всегда предопределяли, полностью меняли социальное в том числе устройство. В каком-то смысле даже империи, размеры империй, размеры исторических ареалов прямо сопоставлялись со скоростью и объёмом возможностей передачи информации. То есть широкое географическое освоение началось только с появления понятия карты и с появления понятия возможности передачи информации о расположении какого-то места. До появления чётких карт физически эти процессы не осуществлялись. То есть, например, знаменитая история про то, что Китай не смог выйти за свою территорию, во многом была связана в том числе именно с отсутствием, чисто информационная задача, то есть возможности передачи карт, возможности создания карт, возможности представить себе ту реальность, в которой ты находишься.

Скорость и объём передачи информации прямо влияли практически на все более понятные нам процессы, то есть появление книг радикально расширило количество людей, вовлечённых в передачу информации, систематизировало, унифицировало информацию. Сразу из этого примерно в одно историческое время возникло представление о национальных языках, это прямо повиляло на политический процесс, потому что до этого в свитках и в рукописях это всё существовало на одном языке. Сразу вслед за этим появилась возможность быстрого распространения информации, появились газеты. Как только появились газеты первоначальные, это было довольно дорогим элитарным удовольствием, но как только появились массовые газеты, это резко подтолкнуло политический процесс. Началось очень быстрое развитие событий.

И в каком-то смысле каждую историческую эпоху можно прямо сопоставить с типом информационного фундамента. То есть с массовыми газетами появился современный национализм, современная демократия; с радио и кино появились все современные формы, не современные, а такие формы XX века, в частности я подвожу к мысли, что ни одна тоталитарная идеология крупная такая наднациональная невозможна без чисто технологического аспекта. То есть если бы не было радио – не было бы ни Гитлера, не было бы ни других таких крупных государственных пространств в то время, не было бы феномена США и так далее. То есть это чисто эффект возможности, охвата информационного, формирования картины мира определённым образом у множества людей, определённым технологическим способом. И без появления телевизора не возникла бы более современная форма той же самой либеральной демократии. Это, кстати, очень хорошо известный пример, когда с появлением телевизионных дебатов менялась политическая культура. То есть сама возможность проведения дебатов между двумя политиками формировала новый тип культуры, в том числе выборной культуры. Это очень прямо связанные вещи.
  1   2   3   4   5

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconЛекция из цикла «13 лекций о будущем»
Дмитрия Рэмовича Белоусова сегодня выступить с такой обзорной лекцией. Мы надеемся, что она будет максимально для вас практичной...

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconЛекция Павла Лукши из цикла «13 лекций о будущем»
«Будущее коллективных субъектов». И третья большая тема – это будущее человечества как целого и то, что можно назвать общечеловеческим...

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconКурс лекций Ставрополь, 2015 содержание стр. Введение лекция Введение...
Лекция 5: Приборы и приспособления для обнаружения и регистрации ионизирующих излучений

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconСтенограмма открытой лекции Исака Давидовича Фрумина из серии «13 лекций о будущем»

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconЛекция №1
Все права на реализацию данных лекций принадлежат группе 117( международное отделение) 2010 года и тем, кто активно участвовал в...

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconКонспект лекций
Лекция Тема: Современные трактовки предметной области политической философии (4 час.)

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconКурс лекций общепрофессиональной дисциплины оп. 14 Безопасность жизнедеятельности
Лекция Здоровье и здоровый образ жизни. Факторы, способствующие укреплению здоровья

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconПродолжение. Начало в №1-2, 2016 28 июня, суббота
Евгения Сидорова, который так запротестовал против приглашения Олесей Николаевой Дугина к нам в Институт. Я тоже слушал его лекцию...

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconСписок основных тем и лекций по ним: Лекция Гостиничные предприятия как часть сферы услуг
Должностные обязанности руководителя службы номерного фонда. Организация работы персонала

Лекция Кузнецова Евгения Борисович из цикла «13 Лекций о будущем» iconЛекция №8. Особенности занятий легкой атлетикой с детьми, подростками,...
Лекция №6. Организация и проведение соревнований по легкой атлетике






При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
h.120-bal.ru
..На главнуюПоиск