С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире






НазваниеС. В. Кортунов национальные интересы россии в мире
страница11/34
Дата публикации28.01.2015
Размер5.49 Mb.
ТипМонография
h.120-bal.ru > Экономика > Монография
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   34
. На этом фоне стратегия повышения конкурентоспособности экономики России состоит в переходе к модели радикально-инновационного типа экономического развития. Только такая модель позволит России войти в группу стран с высоким уровнем развития человеческого потенциала, использовать преимущества глобализации и иметь необходимые экономические и политические ресурсы, чтобы противостоять ее рискам и вызовам.

Научно обоснованная инновационная политика, представляет собой инструмент государственной стратегии развития экономики, оптимизации отношений государства с хозяйствующими субъектами, регулирования рыночных механизмов в экономически и социально оправданных направлениях (отраслевом, межотраслевом, региональном, во внешних связях). Инновационная политика способствует устранению устаревших, неконкурентоспособных производственных структур и формированию новых; ускорению научно-технического и управленческого прогресса, адаптации к объективным требованиям глобализации мировой экономики.

Государственная политика России в области науки и технологий призвана стать локомотивом социально-экономического прогресса, способствующего переходу экономики на инновационный путь развития. При ее разработке важно учитывать объективные перемены в геоэкономической и геополитической ситуации в мире; интересы отдельных стран-партнеров по внешнеэкономическим связям, их государственно-политических и деловых кругов, национальных и транснациональных компаний, международных экономических и иных организаций; международные правовые нормы, правила и обычаи; конкурентные преимущества своей страны и ее ведущих корпораций (предприятий), активно участвующих (или способных участвовать) в международном промышленном сотрудничестве. Следовательно, успех достижим лишь при ориентации на тщательно просчитанные конкурентные преимущества отраслевых комплексов и предприятий, на конкурентоспособную продукцию, особенно из сферы высоких технологий, способную занять ниши на мировых рынках.

Государственная инновационная политика не ограничивается решением отраслевых проблем. Она должна содержать инструменты адаптации хозяйствующих субъектов к условиям либерализации и глобализации мировой экономики; стимулы к промышленному сотрудничеству с зарубежными партнерами, эффективного использования их инновационных конкурентных преимуществ; меры содействия развитию экспортоориентированных, конкурентоспособных обрабатывающих отраслей. Государственная поддержка заключается в формировании правовой и организационно-экономической среды, содействующей повышению конкурентоспособности предприятий. Обновление внешнеэкономической специализации страны и укрепление конкурентных позиций России на внешних рынках, в конечном счете, будут связаны со способностью отечественных деловых кругов выбрать конкурентную стратегию развития своей фирмы, обеспечить международный маркетинг, тесное взаимодействие с зарубежными партнерами, мобилизовать капитал, ресурсы, квалифицированный персонал, информацию и другие. Задачу включения в глобальную экономику можно успешно решить только при согласовании целенаправленных и результативных действий государства и отечественного бизнеса.

Формирование конкурентных преимуществ невозможно без интеграции высокотехнологичных производств (хайтека) в мировое научно-техническое пространство, удержания ведущих позиций на приоритетных для России направлениях. Россия способна занять определенную нишу (специализацию) на рынках высокотехнологичной продукции, участвуя в получении технологической и интеллектуальной ренты. По данным ЦИСН Минпромнауки и РАН, существует ограниченное число основных технологических областей, в которых Россия обладает конкурентными преимуществами на мировых рынках и способна занять лидирующие позиции. К ним относятся: авиационная техника; космическая техника и услуги; ряд видов вооружений; атомная промышленность и утилизация ядерных отходов; отдельные области информационных технологий (программные интеллектуальные системы и прикладные системы моделирования, отдельные виды программного обеспечения, криптографические системы); лазерная техника. Определенные конкурентные перспективы имеют также разработка новых материалов; технологии разведки, добычи и переработки нефти и газа; программные средства, информационные системы моделирования; отдельные виды специализированных вычислительных систем.

Переживаемый Россией глубокий структурный кризис служит для бюрократии оправданием низкой инвестиционной и инновационной активности государства, его слабого внимания к наукоемким отраслям экономики. Однако смена технологического уклада именно в фазе структурного кризиса позволяет переживающим его странам и предприятиям использовать шанс «перегнать, не догоняя» и набирать высокие темпы экономического роста на основе появляющихся конкурентных преимуществ.

Опыт других стран – Америки, Великобритании, Франции, Германии – свидетельствует о том, что инновационная экономика получает развитие на основе специальных законодательных актов, которые четко регулируют участие в инновационном процессе государства, науки и предприятий. На сегодняшний день в масштабах России эта задача не решена, хотя в целом ряде регионов приняты местные законы об инновационной деятельности.

В России примерно 12% ученых мира (имея в виду не только технические, но и гуманитарные дисциплины), и вместе с тем ее доля в мировом инновационном рынке составляет 0,3%. Это чудовищный разрыв. И он говорит о том, что в России нет того механизма (который существует в развитых странах, в Америке, в Европе, в частности, в Германии) преобразования идей, высоких технологий, инноваций в рыночный продукт. Т.е. отсутствуют эффективные центры инновационного развития. Еще один фактор - подготовка кадров, которые в состоянии осуществить трансферт технологий. На сегодняшний день в России по сути дела нет менеджеров, которые способны заниматься инновационной деятельностью как в составе ВУЗов и НИИ, так и на производстве.

Флагманами экономики, например, Германии являются такие крупнейшие высокотехнологичные компании, как «Даймлер-Крайслер» и «Симменс». Однако 70% немецкой промышленности – это малые и средние фирмы. Они и производят основную массу новых инженерных решений и инноваций. Именно малый и средний бизнес, таким образом, является локомотивом всего инновационного процесса в Германии. Эти компании находятся в состоянии постоянной конкуренции и вынуждены предлагать на рынке новые, более эффективные и дешевые инновации, продукты лучшего качества. Поэтому именно развитие малого предпринимательства является стратегически важной областью для тех стран, которые сегодня хотят занимать первые места в международной конкурентной борьбе.

Если раньше главным для общества было образование, затем инвестиции, то сегодня в экономике знаний главным является формирование творческих личностей. Потому что именно они составляют основу современных обществ. И сейчас одним из наиболее ценных активов любой компании являются контракты с людьми, которых знает мир. Они повышают капитализацию этой компании. И если в России не будут понимать принципов функционирования экономики знаний, она не сможет разработать стратегию перехода к такой экономике.

XXI век – это синтез инженерных и социальных технологий. Выигрывает тот, кто разрабатывает возможность применения инноваций, востребованности инноваций. Но это социальная, а не инженерная задача. Нынешняя инновационная анемия России носит столько научно-технический характер, сколько характер организационно-экономический. На повестке дня стоит задача создания экономических конструкций, которые позволили бы создать товаропроводящую часть для мирового рынка, изменить технокрактическую парадигму на лидирующую роль социальной инженерии. Это задача и для ученых, и для государства, и для общества.

В настоящее время реализуется не столько продукт в виде патента, сколько интеллектуальная услуга, которая оказывается в виде консультации. Экономика знаний основана на трудно различимой связи между разработчиком, потребителем знания, технологическим брокером и инновационным менеджером.

Главным в экономике знаний является интеллектуальный капитал. Он включает в себя капитал человеческий и капитал структурный. Человеческий капитал – это прежде всего знания. Поэтому попытка «рулить» человеческим капиталом – совершенно бесперспективна. На Западе главной задачей высокотехнологических компаний является обеспечение лояльности творческих людей по отношению к своей компании. Если он не лоялен – сделать с ним ничего невозможно. В основе экономики знаний, таким образом, лежат не административные, а стимулирующие меры.

Структурный капитал – это патенты, лицензии, клиенты и т.д. Необходимо трансформировать человеческий капитал в структурный. Для этого надо «вытащить» из человеческого капитала знания и их правильно оформить. Это и есть искусство современного менеджера. Если он этого делать не умеет, он никогда не сможет использовать человеческий капитал.

В России есть интеллектуальный потенциал. Он существует в виде квалификации, репутации и знаний. Но на инновационном рынке ценится не это. Необходимо этот потенциал трансформировать в капитализированные активы. Т.е. квалификация на рынке реализуется в виде сертификатов и лицензий, репутация – в виде брэндов, а знания – в виде прав интеллектуальной собственности. Иначе на рынок выходить не с чем. Поэтому надо создать механизм, который бы преобразовывал потенциал в капитал. Этого механизма в России нет, а в развитых странах – есть. Для перехода к экономике знаний России не хватает ключевых фигур, которые являются инновационными менеджерами. И механизма в виде технологического брокера, который смог бы продвигать новые разработки на рынок. Первоочередные шаги, которые необходимо сделать: внести поправки в законодательство; обеспечить всемерную поддержку инновационного менеджмента; развить систему технологического брокерства.

Субъект модернизации. Главная проблема перехода к инновационному типу развития - сами люди и характер их производственной деятельности. Поэтому от российских реформ не следует ждать чудес до тех пор, пока верхние ступени социальной иерархии не займут созидательно-творческие силы, способные сформировать инновационный вектор развития страны и увлечь за собой остальную часть общества. Отсутствие дееспособной национальной элиты в качестве субъекта такой модернизации, субъекта развития в целом, является основной проблемой национальной модернизации.

Ведущим социально-экономическим укладом России продолжает оставаться индустриальный уклад с доминированием сырьевых производств, занимающих самые низкие уровни мировых технико-экономических цепочек. Проблема заключается, однако, не только в сырьевой специализации России, но и в проявившейся неспособности добывающих отраслей породить инновационную волну для перехода к новому укладу. Воспроизводящаяся в рамках устаревшего уклада сырьевая элита не может стать творцом инновационного проекта для России, так как не имеет объективных потребностей и стимулов связывать свое будущее с технологической модернизацией. По этой причине проведение национальной модернизации сопряжено с необходимостью изменений в социально-политической структуре общества. При растущем значении инновационного уклада общество должно быть соответствующим образом организовано, а силы модернизации - иметь в нем большой политический вес и создавать вдохновляющий общество образ будущего.

Первой и важнейшей характеристикой постиндустриального общества радикальное изменение структуры занятости с сосредоточением большей части рабочей силы в сфере услуг, производства и распространения знаний. В результате этого класс интеллектуалов становится ведущей профессиональной группой, опережающей общий рост трудящегося населения. Повышение важности знаний заставляет «жрецов нового строя» (ученых, инженеров, технократов) конкурировать с политиками или становиться их союзниками.

«Технологизация» различных сфер жизнедеятельности общества приобрела сегодня в развитых странах мира всеобъемлющий характер. Характер и возросшая роль научно-технической деятельности придает университетам, исследовательским организациям и интеллектуальным структурам значение несущей конструкции постиндустриального общества. Наряду с радикальными технологическими и социально-экономическими переменами происходит столь же основательный сдвиг в нормах и мотивациях поведения людей. Приходящая на смену индустриальному обществу с господством экономических целей постиндустриальная эпоха снижает роль материалистической мотивации. Осознание занятыми в «новой экономике» лицами в качестве наивысшей ценности самих себя и возможностей самореализации резко меняет саму направленность развития.

В России же постиндустриальный уклад сразу столкнулся с серьезными ограничениями и породил феномен «перепроизводства» инноваций, так как нововведения изменяют принятые способы думать и делать. Возникает массовый страх перед будущим, а идея развития подвергается нарастающей общественной критике по мере усиления неравномерности эффектов развития, закрепляющих новое неравенство между территориями, социальными группами и отдельными людьми.

В сложившейся ситуации нет ясности, откуда в обозримую перспективу могут появиться в России социальные силы инновационного уклада. Нет «инновационного лобби» и в российских органах власти. Научно-исследовательская деятельность оторвана от государственных и корпоративных задач, а академическая, инженерная и образовательная элиты занимают консервативные позиции. Гуманитарные технологии неразвиты, а технократически понимаемая инновационная деятельность часто не выходит за пределы лабораторий. Политическая и технократическая элита России практически не взаимодействуют между собой.

Для изменения ситуации необходимо изменение стереотипа поведения людей, их менталитета и личностных качеств как главных характеристик современного производства, без которых инновационный сценарий для России не сможет быть реализован. Вряд ли требуемая переориентация сложится естественным путем. Для этого нужна системная поддержка усилий корпораций и частных лиц со стороны государства, которое должно сосредоточить свои усилия не в традиционных отраслях, а в инновационном секторе. Но нынешняя экономическая философия Правительства РФ признает только институциональное развитие, полностью отвергая необходимость промышленной политики и концентрации усилий на перспективных направлениях повышения национальной конкурентоспособности.

Позиция государства как главного предъявителя спроса на высокие технологии и единственного социального института, способного изменить положение дел с развитием научно-технической сферы страны, имеет особое значение в решении проблемы технологической модернизации и эффективного встраивания российского ОПК как источника научно-технологических разработок в нынешнюю социально-экономическую реальность. Но этого пока не происходит. Доминирующая в нынешнем политическом пространстве бюрократическая среда не в состоянии сформировать постиндустриальную реальность.

Условием возникновения и развития созидательно-творческих сил может быть только гражданское общество, конструктивно взаимодействующее с государством по формированию и реализации идеи технологической модернизации страны. Отсюда вытекают политические задачи государства как субъекта технологической модернизации: обеспечение свободы СМИ и развитие демократических институтов.

Государство может достойно выступить в роли субъекта технологической модернизации только в случае, если проявит себя как духовная сущность, а не как бюрократический механизм. Иными словами, для выполнения своей миссии само государство должно измениться и стать адекватным тенденциям постиндустриальной трансформации общества. Развитие демократии и политическая поддержка созидательно-творческих сил должны способствовать реализации их главных функций — восприятию мировой культуры и национальному самовыражению в мировом сообществе.

Данная духовная тенденция требует идеологического оформления и политического выражения в государственной деятельности партийном строительстве. Незавершенность процесса формирования партий и партийных идеологий в России не позволяет определить общественно-политического субъекта национальной модернизации. Более того, в рамках «право-левой» системы координат невозможно адекватно и в концентрированном виде выразить потребность России в постиндустриальном развитии. В сложившихся условиях и при нынешнем состоянии партийно-политического пространства идея национальной модернизации может и должна приобрести самостоятельное смысло- и системообразующее значение. Но это произойдет не раньше, чем в России появится ее субъект.

Модернизация институтов. Институты играют важную роль в национальной модернизации, достижении конкурентоспособности и в успешности развития страны в целом. Но они при этом сами нуждаются в модернизации. В более широком плане следует говорить о культуре. Имеется в виду не столько самобытность культуры как совокупность навыков, обычаев, норм поведения, сколько ее соответствие современным условиям развития технологий, экономики и социальной жизни, ее способность содействовать или препятствовать позитивным изменениям в экономике и благосостоянии населения.

Главная особенность институтов — медлительность их изменения. Многие убеждены, что они вообще неизменны, во всяком случае относительно масштабов человеческой жизни и тем более — сроков полномочий демократически избранных лидеров. Поэтому предполагается, что существующие в данной стране неформальные институты, ее культура в широком смысле есть некая данность, которую нужно принимать в расчет при формировании политики, не ставя задачи ее изменить. Тем не менее сплошь и рядом политики, реформаторы ставят амбициозные задачи изменения именно институтов, ибо без этого невозможно достичь желаемых результатов, например, преодолеть отсталость. Опыт также показывает, что различия в уровне благосостояния между странами, в их конкурентоспособности во многом объясняются гибкостью и изменчивостью институтов, характерных для их культуры и связанной с этим величиной разрыва между институтами формальными и неформальными, правовыми нормами и социальными практиками: чем более гибки и адаптивны институты, тем меньше разрыв.

Страны-лидеры, добившиеся наиболее высоких показателей душевого ВВП (более 20 тыс. долл. в год) и наиболее конкурентоспособные в постиндустриальную эпоху, практически все обладают следующими основными институтами: открытая рыночная экономика, свободные цены, низкие таможенные барьеры, в основном тарифные, а не количественные; поддержание конкуренции на рынках; доминирование частной собственности при жесткой ее защите; соблюдение договорных обязательств (рыночная экономика — сетевая экономика сделок и оформляющих их договоров; обязательность позволяет снижать трансакционные издержки и признается важнейшим деловым качеством); налоговая система, подконтрольная налогоплательщикам через демократические представительные учреждения с сильным налоговым администрированием (уклонение от уплаты налогов признается серьезным преступлением и сурово карается); эффективные государственные службы с низким уровнем коррупции; прозрачные публичные компании и финансовые учреждения, которым раскрытие информации и ее проверяемость позволяют пользоваться доверием партнеров, кредиторов, инвесторов и привлекать финансовые средства для своего развития с минимальными издержками; демократическая политическая система с политической конкуренцией, разделением и сменяемостью властей, создающая надежные механизмы контроля общества над государством и бюрократией; законопослушность граждан, воспитываемая с детства и культивируемая в обществе; независимый суд, вызывающий доверие граждан к справедливости принимаемых им решений; сильная система органов охраны правопорядка и исполнения судебных решений, обеспечивающая высокую степень неотвратимости наказания за нарушение законов; минимальный разрыв между формальными и неформальными нормами социального поведения.

Эти институты и практика их функционирования создают позитивные мотивации для предпринимательской деятельности, инноваций, сбережений и инвестиций. Причем важно подчеркнуть: вместе они образуют целостный комплекс, будучи связаны внутренней логикой. Факт остается фактом: где эти институты укоренены и показывают свою работоспособность, те страны процветают. Если они оказываются неработоспособны или работают хуже, экономика менее развита, благосостояние населения ниже и отставание налицо. Сегодня нет стран, которые обладали бы иными институтами, иной культурой, исключающей их, которые относились бы к числу развитых и процветающих. Исключение составляют только некоторые нефтедобывающие страны со сравнительно малочисленным населением.

Исторический опыт неопровержимо доказал, что система, обладающая институтами, противоположными описанным выше, т.е. закрытой плановой экономикой, отсутствием конкуренции, монополией внешней торговли, теневой экономикой, без которой по формальным правилам сама легальная экономика не могла бы существовать; господством государственной собственности, иерархической моделью организации хозяйственных связей; отсутствием налоговой системы как таковой, всевластием государства в финансовой сфере; репрессивным тоталитарным режимом, подавлявшим любое инакомыслие, но неспособным контролировать экономику; послушностью граждан произволу властей, но не законам и т.д. и т.п., - в основном и создала то положение с конкурентоспособностью российских товаров и услуг, которое мы наблюдаем ныне. Ее коренной порок — отсутствие действенных стимулов к труду и предпринимательству, которые может создать только конкуренция. Поэтому конкурентоспособны оказались только сырье, продукты его первичной переработки, которые надо было производить в избытке, чтобы восполнить отсутствие стимулов к их рациональному использованию. И еще вооружения, поскольку в этой сфере была конкуренция, хотя бы военно-стратегическая.

К настоящему времени в России сложилась своеобразная адаптационная модель переходной экономики. Она нацелена на выживание людей и предприятий и вырабатывает их реакции на импульсы, создаваемые реформами и кризисом. Ее особенности таковы:

• Возросший разрыв между формальными и неформальными институтами.

• Слабое государство.

• Теневая экономика.

• Беспорядочное распределение собственности и власти в процессе приватизации и последующего передела собственности, высокий уровень ее концентрации.

• Углубление социальной дифференциации.

• Существенный рост преступности, в том числе и в силу указанных выше факторов.

• Усиление бюрократии.

• Запредельный рост коррупции.

• «Управляемая демократия», суть которой проста: формальное соблюдение демократических норм при фактическом произволе власти.

В целом негативные свойства адаптационной модели переходной экономики, связанные между собой определенной логикой, образуют институциональную ловушку, некую машину, встроенную в институциональную структуру рыночной экономики и препятствующую ее позитивному развитию. Перечисленные хорошо известные явления, которые квалифицированы как институты адаптационной модели российской экономики, чтобы подчеркнуть не приближают Россию к институтам, содействующим процветанию и конкурентоспособности. Напротив, они им противодействуют и отчасти объясняют, почему сдвиги в модернизации экономики и конкурентоспособности происходят крайне медленно.

После прихода В. Путина на пост Президента РФ был проведен пакет либеральных экономических реформ, направленных на приближение российских институтов, поначалу формальных, к стандартам, обеспечивающим эффективность рыночных механизмов и стимулирующих повышение их конкурентоспособности в глобальной экономике. Серия антибюрократических законов, снижение таможенных барьеров, либерализация валютного регулирования, а также реформы естественных монополий были призваны реализовать дополнительное дерегулирование экономики, расширить границы конкурентных рыночных отношений, снизить административные барьеры выхода на рынок. Налоговая реформа привела к заметному сокращению налогового бремени. Программа приватизации и курс на сокращение числа государственных унитарных предприятий должны сократить долю государства в экономике, повысить удельный вес частного сектора. Административная реформа, реформа государственной гражданской службы, разграничение полномочий между уровнями управления нацелены на повышение эффективности госаппарата. Не все намеченные реформы продвигаются успешно, слишком много компромиссных решений, например в новом Трудовом кодексе. Некоторые, например административная реформа, просто стоят на месте. Но все же движение в правильном направлении, хоть и медленно, происходит.

После недавних президентских выборов обществу представлена программа продолжения либеральных экономических реформ, в целом заслуживающая поддержки. В частности, предложены важные решения в области налоговой системы, включая значительное сокращение единого социального налога (более чем на 10 процентных пунктов) при введении финансирования пенсионных накоплений не только работодателями, но и наемными работниками и при обязательстве государства восполнить потери внебюджетных социальных фондов за счет федерального бюджета. Предложена разумная мягкая модель повышения пенсионного возраста, стимулируемая государством и позволяющая с 65 лет (по сути, новый пенсионный возраст) поднять отношение пенсии к средней заработной плате с 30 до 60—70%. Введена замена многочисленных натуральных социальных льгот денежными выплатами, что, правда, вызвало в обществе отторжение. Очевидно, что будут, наконец, осуществлены реформы в электроэнергетике и газовой промышленности, в создании рынка доступного жилья, в образовании и здравоохранении. Сделана заявка на повышение эффективности государственного управления вследствие административной реформы и реализации нового законодательства о разграничении полномочий и финансирования между уровнями власти. Проводится реформа политической системы, включая порядок выборов и федеративные отношения, последствия и результаты которой, однако, также неоднозначны. Теперь важно, чтобы слова не разошлись с делами.

Но что касается демократических преобразований, то, как отмечают многие эксперты, здесь дело, скорее, повернулось вспять. Задача преодоления слабости государства, политической стабилизации обернулась ограничениями свободы слова, распространением практики применения так называемого административного ресурса в избирательных компаниях. Под предлогом борьбы с преступностью, теневой экономикой, за улучшение сбора налогов были предприняты действия, осложнившие отношения власти и бизнеса. Избирательное правосудие в советских традициях понизило уровень доверия во взаимоотношениях между ними, внушило опасения в отношении готовности власти защищать право собственности. Тем самым процессам становления институтов зрелой рыночной экономики и политической демократии был нанесен заметный ущерб. Выход из адаптационной модели не только не ускорился, но напротив, скорее затормозился.

Ясно, что институциональные изменения происходят медленно, процесс трансформации институтов будет насыщен противоречиями, конфликтами интересов, борьбой мнений. И чем менее последовательна будет политика их осуществления, тем больше времени потребует создание в России конкурентоспособных институтов, привлекательных для капиталов и интеллекта. Тем больше будет усложняться задача достижения мировой конкурентоспособности российских товаров и услуг.

Опыт XX столетия показывает, что для значимых изменений институциональной структуры, включая неформальные институты и социальные практики, даже при благоприятных обстоятельствах требуется как минимум 30—40 лет. Это надо учитывать, выстраивая национальную политику модернизации и повышения конкурентоспособности. Однако институты и культура будут играть решающую роль. По сути, повышение конкурентоспособности до мирового уровня потребует серьезного их изменения. Но институты меняются медленно, и чрезмерные усилия и торопливость при их изменении порой вызывают обратную реакцию. Поэтому политика конкурентоспособности должна быть долгосрочной стратегией и проводиться последовательно, несмотря на смену лидеров и правительств. Важны не только экономические институты, но и политические, особенно демократические институты разделения властей и общественного контроля за деятельностью государства.

Модернизация и взаимодействие с Европейским Союзом. Российская стратегия модернизации должна быть тесно связана с формированием Большой Европы, куда входит Россия. И в частности – с формированием четырех пространств – экономического, внешней безопасности, внутренней безопасности и культурного пространства. Ключевой предпосылкой формирования Большой Европы является становление демократических процедур в России, правового государства, рыночной экономики, гражданского общества и, в конечном счете, «созвучие ценностей» между Россией и Западом. Вместе с тем нельзя согласиться с отождествлением модернизации и вестернизации, т.е. со слепым копированием западных наработок. Следует настаивать на национальной модели модернизации.

Россия и ЕС остаются крупнейшими торговыми партнерами. Однако российская продукция неконкурентоспособна на европейских рынках, за исключением энергосырьевых ресурсов и некоторых видов продукции с низким уровнем добавленной стоимости. Экономическое сотрудничество России и ЕС может ощутимо продвинуться вперед при достижении необходимой степени взаимного доверия и создании соответствующих институциональных и финансовых условий. Европейские стандарты вполне могут стать критериями конкурентоспособности для России.

При конструктивном политическом диалоге экономическое сотрудничество России и Европейского Союза уже сегодня может ощутимо продвинуться вперед при достижении необходимой степени взаимного доверия и создании соответствующих институциональных и финансовых условий. Это прежде всего следующие направления: объединение научно-технических потенциалов России и ряда стран ЕС в развитии фундаментальных и прикладных исследований и опытно-конструкторских разработок (ядерная энергетика, космос, авиация, связь); осуществление общеевропейских проектов в сфере энергетики, как это предусмотрено Энергетической хартией; создание новых европейских транспортных систем и транспортной инфраструктуры, включая воздушный, водный, автомобильный, железнодорожный и трубопроводный транспорт; охрана и оздоровление окружающей среды. Не существует серьезных препятствий для развития регионального и приграничного сотрудничества, включая его Северное, Балтийское и Черноморское "измерения".

Главная проблема в торговых отношениях России и ЕС на ближайшую и долгосрочную перспективу заключается в архаичности структуры российского экспорта, низкой конкурентоспособности продукции обрабатывающей промышленности, неразвитости системы стимулирования экспорта, включая его кредитование и страхование. Не внешнеторговый режим ЕС, а именно низкая конкурентоспособность российской продукции является основным фактором, сдерживающим взаимную торговлю.

Европейский Союз является главным внешним инвестором в российскую экономику: на его долю приходится порядка 40% иностранных инвестиций. Промышленные инвестиционные проекты осуществляются, в основном, в нефтедобыче и нефтепереработке, авиационной и автомобильной промышленности, добыче алмазов и золота, в машиностроении и средствах коммуникации, в конверсии оборонных предприятий, в целлюлозно-бумажной промышленности, АПК и пищевой промышленности.

Несмотря на огромную разницу в уровнях развития перед Россией и ЕС стоят абсолютно идентичные цели модернизации. Это не просто создание некой конкурентоспособной экономики, а некий прорыв на пути к созданию новой, инновационной экономики, что предусмотрено в известной Лиссабонской стратегии, которая, если верить материалам Евросоюза, является его приоритетной стратегией. Однако присоединение к ЕС 10 новых стран, конечно, замедляет осуществление этой стратегии. Таким образом, расширение интеграции происходит в ущерб ее углублению. Создание общего пространства в науки, техники и образования России и ЕС является поэтому приоритетным. Ведь именно объединение научно-технического потенциала России и ЕС могло бы дать толчок к модернизации и России, и ЕС, к повышению конкурентоспособности их экономик на новой технологической основе. Но без определения базовых принципов, на основе которых создается такое пространство, невозможно говорить о продвижении к этой цели.

1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   34

Похожие:

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconУчебно-методическое пособие С. В. Кортунов, доктор политических наук...
Обосновываются основные условия, влияющие на состояние безопасности, определяется геополитическое, геостратегическое и геоэкономическое...

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconУчебно-методическое пособие С. В. Кортунов, доктор политических наук...
Обосновываются основные условия, влияющие на состояние безопасности, определяется геополитическое, геостратегическое и геоэкономическое...

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconДля обсуждения на конференции предлагаются следующие вопросы: Национальные...
Инион ран состоится II международная научно-практическая конференция «Перспективы скоординированного социально-экономического развития...

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconДля обсуждения на конференции предлагаются следующие вопросы: Национальные...
Инион ран состоится II международная научно-практическая конференция «Перспективы скоординированного социально-экономического развития...

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconГермания пивная страна. Ни где в мире вы не найдете такого количество...
Разумеется, не последнюю роль в пивном патриотизме играют и национальные интересы. Кстати, чехи тоже варят свое пиво в соответствии...

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconС. В. Кортунов Россия на пути к мировому лидерству
России в современном мире. Во многом такая задача совпадает с чаяниями русского народа, в национальном самосознании которого глубоко...

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconНиколай Шмелёв
Наверное, до сих пор ещё ни в России, ни в мире не сложилось более или менее ясного представления, что значит её современный курс...

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconИмеют ли внешнеполитические интересы России глобальное измерение?
Имеют ли внешнеполитические интересы России глобальное измерение? Вопрос этот сложнее, чем может показаться на первый взгляд

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconС. Кортунов Что стоит за мифом о «советской оккупации»
«советской оккупации». Этот миф сыграл немалую роль и в десакрализации великого подвига русского народа в уничтожении фашизма, и...

С. В. Кортунов национальные интересы россии в мире iconС. Кортунов Что стоит за мифом о «советской оккупации»
«советской оккупации». Этот миф сыграл немалую роль и в десакрализации великого подвига русского народа в уничтожении фашизма, и...






При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
h.120-bal.ru
..На главнуюПоиск